— Я так расстроилась, что не нашла ее среди вещей, когда разбирала чемоданы в гостинице. Но теперь я с ней не расстанусь. Я живу одна, и мне некого стесняться.

— Меня тоже не стоило стесняться. — серьезно сказал Даниэль, разглядывая ее длинные пальцы на своей руке. Пальцы, на которых больше не было обручального кольца.

Джил ничего не ответила, она погрузилась в кино, а Даниэль едва понимал, что происходит на экране. Он вспоминал, как сделал ей предложение. Спонтанное и быстрое решение, вызванное страхом потерять. Именно в тот день он понял, как сильно нуждается в ней. А она ответила ему согласием, лишь потому что хотела жить его жизнью — богатой и пресыщенной.

Однако он не мог обвинить ее во лжи. Джил никогда не говорила, что любит его, постоянно поддерживая свое безразличие действиями. Он, как безумный бегал по ювелирным салонам, выискивая самое дорогое, самое красивое и редкое кольцо в то время, как Джил посчитывала в уме перспективы выгодного брака.

Внезапная горечь резко пронзила сердце, отразившись мукой на лице, свела судорогой напряженные скулы. Что он делает здесь? Почему снова играет в ее дурацкие игры?

Такое неподдельное страдание, внезапная искренность и слезы — не средство ли защиты, не попытка усмирит его бдительность? Она сама сказала, что от него ей нужны были только деньги, разве сейчас что-то изменилось? Джил по-прежнему вьет из него веревки. Пользуется его щедростью, заставляет оплачивать ее счета. А он еще и жалеет ее!

Разве может женщина, столько лет играющая с ним, живущая в притворстве, взять и измениться? Раскаяться? Стать другом? Даниэль мысленно проклинал свою самонадеянную глупость, но вдруг вспомнил, как она примчалась с Майклом его спасать, когда он оказался в беде, как смело и уверенно искала пути выхода из сложной ситуации, как наваляла Вилар, как старалась поддержать и вселить уверенность.

Или это тоже очередная интрига, ловко расставленная игра? Он нужен ей больше. У него власть, сила и, несомненно, источник ее дохода. Она зависима и просто обязана поддерживать мир в отношениях.

Даниэль наблюдал за ее оживленным лицом. Джил — первоклассная актриса, и он всегда знал это, она сильна духом, умеет приспосабливаться, изворотлива и хитра. А еще она безумно сексуальна. Со своими четко очерченными припухшими губами, идеально стройным сладострастным телом и обманчиво невинными фиалковыми глазищами, вздернутым капризным носиком, густой копной черных волос и фарфоровой кожей.

Он помнил дурманящий аромат ее тела, который и сейчас врываясь в его ноздри. Нервно проведя ладонью по лицу, Даниэль старался смотреть фильм. Он уже осилил три бутылки пива, и собрался посетить туалет, когда в один из особенно трогательных моментов, Джил, подавшись минутному порыву, просунула руку под его локоть, сплела его пальцы со своими, и тихо вздохнув, прижалась щекой к плечу Даниэля.

— Помнишь, когда я вернулась из Майами и ворвалась в твой офис? — ее глаза влажно сияли, когда повернул голову, она посмотрела в напряженное лицо Дина.

Он коротко кивнул.

— Потом мы ехали домой, и в машине ты сказал, что любишь меня. Я тогда вспомнила именно этот момент из фильма. И мне так хотелось, чтобы все было так же, как в кино.

— Но жизнь — не фильм, Джил. — холодно ответил Даниэль. Глаза его были пустыми и жестокими. — Разве ты не собиралась тогда уйти к Майклу?

Улыбка девушки потухла, и она отстранилась от него.

— Нет. — покачала головой Джил. — На самом деле я просто боялась, что ты снова солжешь мне. Я, вообще, не собиралась бросать тебя, пока не увидела, как рыжая журналистка берет у тебя в рот в нашей гостиной.

Даниэль вскочил на ноги, а Джил прикрыла ладошкой губы, словно могла вернуть мерзкие слова обратно.

— Не тебе говорить мне о лжи. — рявкнул Дин. — Я и не бездомный кот, которого можно бросить. — резко развернувшись, он направился к выходу из гостиной.

— Куда ты? — слабо пискнула Джил.

— В туалет. Слишком много пива.

Вернувшись пару минут спустя, Даниэль обнаружил, что она смотрит на пустой экран, поджав колени к груди и натянув на них футболку.

— Фильм ведь не кончился, — сухо сказал он, устало опускаясь рядом с ней.

Джил вздрогнула и посмотрела на него с легким удивлением, словно не ожидала увидеть.

— Я никогда не досматриваю его до конца. — едва заметная печальная улыбка тронула губы девушки. — Я не верю в хеппи-энды. Знаешь, я даже прочитала книгу. Там все кончилось не так. Брошенный Одри кот нашел свое пристанище, а она нет. Ее героиня уехала и так и не обрела покоя, потому что не верила в хеппи-энды.

Даниэль тяжело вздохнул, глядя в грустные полные горечи глаза.

— Джи, если ты захочешь, то сможешь найти свое счастье. — неожиданно мягко сказал он, дотронувшись до ее обнаженного плеча, но тут же одернул руку, словно обжегся. — А теперь давай досмотрим фильм.