— Отличное решение, — мрачно покачал головой я, пытаясь собрать в голове все услышанное воедино. Но пока кроме шока и недоумения, ничего не чувствовал.

— Не осуждай меня. Ты не был на моем месте. Он всем миром для меня был. А потом сделал вид, что меня и не существовало никогда. Ты думаешь такое легко принять?

— У тебя было множество вариантов. Вы могли пойти к психологу, в конце концов.

— Сложно вылечить человека, который не считает себя больным и обладает миллиардным состоянием, — скептически усмехнулась Лин. Тут поспорить сложно, и я, зная Рэнделла много лет, тоже не могу представить его на консультации у психолога. — Я не оправдываю себя, Итан. Я решила пойти самым легким путем. Под кайфом жизнь кажется легче и проще. Но самая большая моя зависимость не кокаин, не алкоголь, а мой муж. Я и сейчас его люблю, но ничего уже не исправить. И мне страшно, что случившееся с его матерью, может произойти и со мной.

— Но откуда такие выводы. То, что Рэн не узнает тебя, не значит, что он убийца, — отрицательно качаю головой.

— Способ убийства его матери… Тринадцать ранений, и она была связана. Все это носило какой-то оккультный характер, понимаешь? Она сама открыла дверь, не было никаких следов сопротивления. Я поднимала дело…

— Зачем? — спросил я немного резко.

— У него в кабинете есть много книг с изотерическим уклоном, и о пришельцах… А у маньяков, у них всегда есть какая-то идея…

— Это бред, Лин. Твои фантазии, — обрывая ее на полуслове, качаю головой. — Рэн со странностями, но он не стал бы убивать свою мать. Скажу больше, он много времени посвятил поиску настоящего преступника. Не какого-то там пришельца, а человека из плоти и крови. Я пять лет его знаю, и не замечал за ним нелогичных действий. Он контролирует свои поступки.

— Тогда почему он не узнает меня? — горько всхлипнув, отчаянно спрашивает Линди. Я смотрю на нее с глубоким сочувствием.

— Может быть, ему так легче пережить свое разочарование?

— Что? — выдохнула она, распахнув глаза, в которых застыли слезы. Линди Перриш выглядит сейчас так, словно я только что воткнул нож в ее сердце.

— Пока Рэн любил тебя, ты была. А теперь тебя не стало. Для него. Это странно, не отрицаю, но если искать логику в его поведении, то я вижу ее так.

— Можно же развестись. Но он и слушать не хочет.

— Что ты хочешь от меня, Лин? Рэн живет по своим правилам, и сам решает, когда их нарушать, а когда нет. Я могу дать тебе денег, могу помочь с документами, но ты же не за этим меня позвала? Ты правда веришь, что я смогу убедить его в чем-то? Или тебе нужна исповедь? Поверь. Я тебя понимаю. Не осуждаю. Ты прожила с ним восемь лет. Видит Бог, не представляю, как ты выдержала, но, судя по всему, ты так и не выдержала. Помочь себе можешь только ты сама, больше никто. Остановись, Лин, не ищи серую кошку в черной комнате. Не придумывай несуществующих призраков. Рэн не убивал свою мать и тебе тоже ничего не угрожает, кроме образа жизни, который ты ведешь, надеясь на то, что Рэн наконец-то вспомнит о твоем существовании.

— Ты оправдываешь его? — изумленно спрашивает Линди, глядя мне в глаза.

— Я даю тебе совет, — мягко отвечаю я, и, протягивая руки, беру ее ледяные пальцы в свои ладони. — Рэнделл непростой человек, и ты знала об этом, когда начала жить с ним. Попробуй понять причины его поведения. Мне они кажутся очевидными.

— Просвети меня, — сухо попросила Лин, не отрывая от меня взгляда.

— Ты сама уже все сказала. Подумай. — Я пожал ее руки и медленно поднялся. — Тебе еще нужны деньги и документы?

— Нет, — опустив голову, безжизненным тоном ответила Лин. — Иногда я думаю, что лучше бы он убил меня. Наверное, поэтому я искала связь между его словами накануне ее смерти и самим убийством. Гораздо легче поверить в то, что твой муж сумасшедший маньяк, чем в то, что ты просто перестала для него существовать.

— Но мне, все-таки, кажется, Лин, что есть что-то еще, — задумчиво произнес я, наблюдая за ссутулившейся женщиной, потерявшей всякую волю к жизни.

— Да, — отрешенно кивнула она. — Но я не могу тебе этого сказать.

— Почему? — нахмурившись, спросил я.

— Ты расскажешь Дексу, и тогда он точно меня убьет.

— Я не скажу, Лин.

— А знаешь… мне уже все равно, — она вскинула голову, взглянув на меня безумным взглядом. — Пусть убьет. По крайней мере, я буду знать за что.

— Говори, — резко бросил я, глядя на нее сверху вниз.

— Я не просто так… не просто так решила, что Декс сделал это со своей матерью. Года три назад, на каком-то благотворительном приеме, я столкнулась с человеком, который был у Корнелии в тот день, когда ее убили.

— Это он тебе сказал? Прямо на приеме?