– Он знал? – дрожащим голосом спросила девушка. Раздвинув коленом плотно сжатые бедра, я протиснулся между ее ногами, прижимаясь набухшей эрекцией к ее промежности, зашипев от недостаточного контакта из-за плотной ткани домашних брюк.

– Хочешь поговорить о нем сейчас, Лиса? Не советую, – с обманчиво-лаконичной интонацией интересуюсь я, освобождая ее руки, и, приподнявшись на локте, пальцами свободной руки поочередно ласкаю твердые вершинки. – Но, конечно, Итан знал. Мы знакомы с ним дольше, чем с остальными участниками Розариума, и Итан имеет некоторое представление о моих пристрастиях. Когда он тебя увидел с синяками на шее, то все понял без пояснений.

– Я тебе не верю, – Лиса отрицательно качает головой.

– А ты спроси, когда увидишь в следующий раз, – криво ухмыляюсь я, и, наклоняясь, провожу кончиком языка по заостренному пику соска, сжимая пальцами второй. Ее ладони упираются в мои плечи, пытаясь оттолкнуть, и эта ее игра в невинность начинает меня порядком утомлять. Я слишком хорошо ее знаю, чтобы поверить в проснувшееся целомудрие. – Руки за голову, – требую я неумолимым тоном. На несколько секунд Лиса зависает, но потом делает то, что ей сказали.

– Закрой глаза, и не открывай, пока не скажу, – озвучиваю еще одно правило. – Слушайся меня, и все будет хорошо.

Мои губы снова атакуют ее грудь жадными, алчными ласками. Обвожу сосок кончиком языка, прежде, чем втянуть в рот, зажимаю зубами, заставляя ее вздрагивать и всхлипывать от легкой боли, вызванной укусами, чередующейся с ласковыми поглаживаниями. Ее бархатистая кожа так и манит попробовать ее всю, что я и делаю. Повторяю губами, языком каждую линию, каждый цветок на ее грешном, восхитительно-чувственном теле, постепенно начинающем таять под моими губами и пальцами, как воск. Мои пальцы повсюду, изучают, проникают, ласкают, сжимают, вызывая тяжелые вздохи, тихие, жалобные стоны. Ее тяжелое дыхание становится все более частым, и я чувствую, как она задерживает его, когда, раздвинув трясущиеся колени, я ласкаю губами чувствительный бугорок. В ноздри ударяет ее сладкий пряный запах, оголяя до предела каждый нерв на моем теле. Мне тяжело сохранять самообладание, абстрагироваться от собственной жажды, но я утешаю себя тем, что мой момент триумфа настанет и совсем скоро. Ее бедра непроизвольно приподнимаются, повинуясь инстинкту. Потираю языком чувствительный комочек, поникая в нее двумя пальцами.

– Не надо, прекрати. Зачем ты это делаешь… – всхлипывает она, когда нащупав пульсирующий бугорок у нее внутри, я начинаю ритмично массировать его быстрыми движениями. Вопрос настолько глупый, что нет смысла отвечать на него. Тем более, губы заняты более важным делом. Язык кружит вокруг крошечного клитора, пока я согнутыми пальцами уверенно подвожу ее к оргазму.

– Хватит, – она почти кричит, дергаясь всем телом. Я удерживаю ее, властно положив ладонь на живот. Чувствительная точка внутри ее тела набухает сильнее, сигнализируя о том, что Лиса уже близко, бедра хаотично скользят по одеялу. Я приподнимаю голову, облизывая губы, поддавшись соблазну посмотреть на нее в момент оргазма. Пылающее лицо, закушенная губа и разметавшиеся волосы, взгляд зацепляется за задорно торчащие соски и снова возвращается к лицу. Она резко выгибается, издавая почти болезненный стон, резко зажимает мою руку, но предательская судорога уже начинает сотрясать ее тело мощным оргазмом, обильно пролившимся на мои пальцы. Резко приподнимаясь, я накрываю хватающие воздух горячие губы глубоким поцелуем. Мой язык скользит внутрь, позволяя ей почувствовать вкус собственного желания. Пальцы, скользкие от ее соков, обхватывают шею, но пребывая во власти эротической эйфории, она едва ли осознает происходящее. С низким стоном углубляю поцелуй, и одновременно усиливаю давление на ее горло, пережимая сонную артерию. Пока я не в ней, контролировать процесс куда проще. Ее глаза распахиваются, растерянно глядя на меня, и я отрицательно качаю головой, давая понять, что она нарушает правила. Лиса впивается пальцами в мои плечи, оставляя борозды от ногтей. Она пытается оттолкнуть меня, но я гораздо сильнее. Бьется, как золотая рыбка, выброшенная волной на песчаный берег. Движения ее тела подо мной становятся все более хаотичными, рваными, пока Лису не накрывает еще одна волна болезненного удовольствия, вызванного страхом и короткой нехваткой кислорода. Я отпускаю ее губы, позволяя сделать вдох, и расслабляю давление на шее. Она шумно дышит, в панике пытаясь столкнуть меня с себя, но представление только началось…

– Успокойся. Не заставляй меня надеть на тебя наручники. Не сопротивляйся. Не трать силы на бессмысленное сражение, – требовательным тоном произношу я, и снова целую ее. Глубоко и чувственно. – Не бойся, – шепчу, отрываясь от ее губ. – Это просто такая игра, Лиса. Тебе ничего не угрожает.

– Ты можешь этого не делать? – тяжело и часто дыша, спрашивает она.

– Могу, – резко отвечаю я. – Но не хочу.

– Мне страшно… – в голубых глазах стоят слезы. Я верю ей.