Взгляд Сурка скользит по тем членам его ковена, которые находятся в поле его зрения, и он прищуривается.

– Да уж, пожалуй, тебе стоит выяснить, почему тебя не посвящают в курс дела, – советую я и беру за руку Сабина, чтобы дать ему понять, куда я собираюсь двинуться, и потянуть его за собой. Я вдруг понимаю, что нам стоит провести парочку тренировок по групповому сообщению. Да, мы можем мысленно общаться, но до тех пор, пока мы не научимся делать это так, чтобы в разгар боя никто не отвлекался и не подставлялся, нам нужно выработать обособленную систему коммуникации.

Прочищаю горло и повышаю голос так, чтобы меня могли услышать все паладины.

– Прямо сейчас я обойду Сурка и поговорю с семьей моего друга. Я не представляю угрозы ни для них, ни для вас. Но если кто-то из вас попытается воспрепятствовать нашему невинному разговору, я заставлю вас пожалеть о том, что вы сделали. Все ясно?

Раздаются скептические фырканья, но Сурок отступает и пропускает меня вперед. Проходя мимо него, я чуть подаюсь к нему и шепотом говорю:

– Не знаю, все ли у тебя хорошо, и не знаю, что не так с твоим ковеном, но если тебе нужно где-то остановиться, у меня дома будет безопасно. Сабин скажет тебе адрес.

Сабин быстро диктует ему цифры и дорожную информацию, и Сурок едва заметно кивает.

Я подхожу к Стюардам, и ни один из паладинов не пытается меня остановить. Полагаю, им запрещено связываться со мной до тех пор, пока я не попытаюсь что-то сделать; сомневаюсь, что моя угроза реально их впечатлила. Они мнят себя большими крутыми парнями, которым поручили нянчиться с какой-то самовлюбленной маленькой девочкой. Они не станут воспринимать меня всерьез, пока не испытают на своей шкуре, что я говорю ровно то, что имею в виду, и имею в виду ровно то, что говорю.

Протягиваю миссис Стюард руку, но она воздерживается от предложенного рукопожатия и притягивает меня в крепкие объятия. Я обхватываю ее руками, чтобы не упасть из-за разницы в росте. Глажу ее по спине, а она снова и снова шепчет мне «спасибо».

Через пару минут женщина отстраняется, по ее щекам текут слезы. Сабин достает из кармана носовой платок и протягивает ей. У меня в голове тут же проносится воспоминание о том, как когда-то, когда я была младше, какой-то добрый прохожий предложил мне платок. Не знаю, почему я это запомнила, но я тогда решила, что люди, которые носят носовые платки, это очень хорошие люди.

Мы с Сабином встречаемся взглядами, и я широко ему улыбаюсь. Я вижу, что он пытается понять, почему я так на него смотрю. Его глаза наполняются нежностью, и он мило улыбается в ответ.

– Как дела у Паркера? Я собиралась проведать его, но в последнее время моя жизнь была скорее похожа на сумасшествие…

Желая подкрепить свои слова, я указываю в сторону паладинов и обнаруживаю, что они исчезли. Я едва сдерживаюсь, чтобы не начать сканировать окрестность, чтобы вычислить, где они сейчас прячутся и откуда наблюдают за нами.

– Благодаря тебе у него все очень хорошо. Он не станет заканчивать свое обучение по становлению паладина. Думаю, столкновение с ламиями показало ему, что он не хочет этим заниматься, – говорит миссис Стюард, и я понимающе киваю. – Прости, я так разволновалась, что даже не представила тебя своим партнерам. Я просто заметила твои метки и сразу же уверилась, что это ты, и решила, что просто обязана поблагодарить тебя. Если честно, простого «спасибо» не хватит, чтобы даже в малой мере выразить, как сильно мы тебе признательны и скольким мы обязаны за то, что ты спасла его.

Она обхватывает меня за руку обеими ладонями и смотрит на меня с таким потрясающим материнским запалом, что у меня начинает пощипывать глаза.

– На самом деле это я обязана ему, – признаюсь я. – Он вынес моего друга и этим дал мне возможность с ним попрощаться. – Я делаю паузу, пытаясь обуздать эмоции, и миссис Стюард снова меня обнимает. – Мне очень жаль, что Паркер оказался в такой ситуации, – говорю я, и она шикает на меня, стискивая еще крепче.

– Винна, теперь ты член нашей семьи, и если вдруг тебе что-нибудь понадобится, приходи к нам, хорошо? Мне все равно, что это будет: можешь на нас рассчитывать. Дай мне телефон, я запишу наши номера, – говорит она, когда мы разрываем объятия.

Мы обмениваемся номерами телефонов, и она одобрительно кивает, приглаживая свои темные волосы.

– Спасибо, что уделила нам внимание. Не будем отнимать у тебя остаток дня, но знай, что мы говорим серьезно. Если тебе что-нибудь понадобится, звони, хорошо?

Она окидывает меня суровым материнским взглядом, и я послушно повторяю «хорошо».

– Передавайте Паркеру привет. Если ему понадобится с кем-то поговорить или что-то еще, пускай звонит в любое время.

Мы прощаемся, и они возвращаются к тому, чем занимались до того, как заметили нас с Сабином. Я поднимаю с земли коробку с покупками и, оглядываясь по сторонам, замечаю трех из пяти членов ковена Сурка. Перевожу взгляд на Сабина.

– Ты хороший парень, Сабин Гэмул, – говорю я ему, и на моем лице расползается улыбка.