— Выглядишь дерьмово, – смеется Джанет, оглядывая меня с ног до головы после того, как отдала заказ за свой столик.

— Боже, спасибо, сучка. Не сдерживайся, – саркастически ворчу я, наливая ей три порции Джека.

Она хлопает ресницами и облокачивается на барную стойку, чтобы сегодняшние клиенты могли как следует разглядеть ее задницу в этом широком поясе, который она упорно называет юбкой. Просто поразительно, на что готова пойти моя коллега, чтобы заставить этих отбросов хвататься за яйца и пускать слюни на задницу, которую можно купить за несколько долларов или полоску кокса.

Я слишком много раз видела, как Джанет стоит на коленях в кладовой и зарабатывает "дополнительный доход". Если бы она пыталась заработать денег на оплату счетов или еду, я бы сочла это печальной ситуацией. Но поскольку она просто снюхивает их или пускает по вене, меня возмущает этот способ ее заработка.

Проблема с тем, как Джанет раздаривает себя, словно в рождественское утро, заключается в том, что некоторые из этих неудачников думают, что я такая же шлюха и легко продаюсь. Хотя они быстро понимают, что это не так, когда пытаются дотронуться до меня. Я встаю на колени, только если в настроении, и только перед теми, кто мне чертовски нравится, – неудачники, которые каждый вечер приходят в "Большой Джим", не попадают в число избранных.

— Не злись, дорогая. Я просто говорю то, что вижу, – успокаивает Джанет своим глубоким южным говором, как будто это смягчит ее оскорбление.

— О, да? И что же ты видишь? – скрещиваю я руки на груди, на самом деле не заботясь о том, что она там видит.

— Девушку, которая из-за своего вида не получит чаевых, – упрекает она, проводя красным акриловым ногтем невидимую линию вдоль и поперек моего тела, чтобы доказать свою точку зрения. — Я думала, ты умная студентка колледжа. Похоже, ты такая же глупая как и все мы, – насмехается она, шевеля бровями и направляясь к клиентам, заказавшим виски.

Несмотря на то, что на моем лице постоянно надета маска стервы, я знаю, что эта шлюшка права – в "Большом Джиме" не очень-то стильно. Здесь нет дресс-кода для персонала, но неряшливые клиенты готовы немного доплатить, если увидят декольте или ножки. И сегодня я определенно не собираюсь оправдывать их ожидания, надев старые узкие черные джинсы и потрепанную футболку "The Smiths", которую давным-давно следовало выбросить из-за изношенности. Одежда, скрывающая все мои прелести от глаз этих рогатых козлов, не добавит мне очков и уж точно не оплатит мамин чек за продукты.

Черт возьми, кажется, я теряю хватку.

Надо было продумать наряд перед выходом на учебу, но я рассчитывала заскочить в общагу перед сменой. Увы, после занятий я задержалась в библиотеке, время пролетело незаметно – и вот я уже здесь, в этой дыре, без возможности переодеться во что-то поблистательнее.

И самое мерзкое – я знаю, что опять облажаюсь. Когда я погружаюсь в учебу, все остальное превращается в фоновый шум. Я забываю, что за стенами Ричфилда существует реальный мир, а в нем – необходимость играть по правилам, в том числе и в плане внешнего вида для этих придурков. Сегодня я позабыла о своих же нормах, и теперь чаевые будут просто отвратительными.

Придется выкручиваться. Можно, конечно, подыграть этим идиотам, чтобы вытянуть из них побольше денег, но максимум, на что я готова, – это дать им посмотреть. Флирт рождает у мужчин ожидания, а мужчины с ожиданиями обычно пускают в ход руки – после чего либо получают в челюсть, либо знакомятся поближе с моим коленом. А дальше – прощай, чаевые, да и работа заодно. Как бы мне ни хотелось послать эту грязную забегаловку ко всем чертям, деньги мне нужны. Никуда от этого не деться.

Я бросаю взгляд на Джанет, которая вовсю работает с толпой – сидит на коленях, хихикает, как школьница, и даже подмигивает мне, словно хочет похвастаться тем, сколько денег она сегодня заработает. Может, эта сучка мне и не очень нравится, но я завидую ее хватке. Ей явно за тридцать, но она все еще щеголяет в чертовски коротких юбках и топах с глубоким вырезом, чтобы любой здешний мужик мог полюбоваться ее достоинствами.

И надо признать, это умный ход с ее стороны, потому что, будем честны, мужчины – идиоты. Стоит им открыть кошелек, как они уже готовы выложить еще пятерку, лишь бы пару секунд поглазеть на ее грудь. А Джанет только рада облегчить их кошельки и дать им насмотреться вдоволь. Конечно, для ее привычек, деньги этих простофиль, пришедших на пару кружек пива – сущие гроши. По-настоящему щедрые клиенты уводят ее за угол, где она демонстрирует, насколько услужливой может быть за двадцать или даже пятьдесят долларов.

О сотнях, увы, речи не идет. Мы же в Саутсайде – здесь и десятка редкость.

— Черт, – бормочу я себе под нос, злясь на собственную беспечность.