В его глазах вспыхивает блеск. Он еле уловимый, но очень даже заметный на контрасте с предыдущей тусклостью. Я смогла зажечь огонь в нём, что уже добрый знак.

– Ты хочешь, чтобы я преподавал? Мне всего двенадцать.

– И что? Ты самый лучший кондитер, которого я встречала. Не вижу причин отказывать двенадцатилетнему гению.

– Папа ни за что не допустит этого, – он вновь опускает глаза на тарелку.

Я ищу поддержку в Мариэтте, наблюдающей за нами. Она кивает мне, одобряя мои намерения и идею. Я тянусь к брату и накрываю его ладонь своей.

– Поверь, если ты согласишься, папа не будет против. Конечно, если это не повредит твоим занятиям и боевой подготовке. Что скажешь? Ты бы хотел попробовать?

Люцио загадочно молчит, но не отдёргивает руку. Через какое-то время он спрашивает:

– Можно мне подумать?

Улыбка появляется на наших с Мариэттой лицах. Мы обе знаем, что за этим последует.

– Конечно.

Я убираю ладонь, давая Люцио немного пространства, и приступаю к завтраку, не упуская того, как Мариэтта протирает салфеткой слезинки в уголках глаз.

Наступит день, когда мы все сможем исцелиться от наших ран. Только вот складывается ощущение, что жизнь не намерена давать нам такую возможность.

–Может, ты всё-таки скажешь, что это за место?

Алессио забрал меня из дома, не сказав, куда мы направляемся на этот раз. Единственный намёк на то, что планируется ужин в роскошной обстановке, – это подаренное к сегодняшнему вечеру платье и его чёрный костюм с белоснежной рубашкой.

Мне нравится его повседневный стиль, особенно кожаная куртка в сочетании с простыми белыми или чёрными футболками. Но видеть его в рубашке с не застёгнутыми верхними пуговицами и в приталенном пиджаке, облегающем широкую спину, – настоящее блаженство.

– Это сюрприз.

Алессио открывает мне пассажирскую дверь своего Ford Mustang Shelby и помогает сесть. Салон пропитан запахом кожи и Алессио. Он заводит машину и, взяв мою руку в свою, выезжает с территории особняка на главную дорогу. Мы берём курс в центр города, но он продолжает держать в секрете, где именно состоится наш ужин.

– Как проходит подготовка к вечеринке? – Алессио ведёт автомобиль одной рукой, пока второй подносит мою ладонь к губам.

Он оставляет короткие нежные поцелуи на моей коже, обжигая её своим дыханием.

Я сижу вполоборота и смотрю на него, облокотившись на спинку кресла.

– Люсинда просто невероятна. Она взяла большую часть дел на себя, тем самым облегчив мне жизнь. И я столько всего узнала благодаря ей.

– Я рад, что вы сработались, – Алессио поворачивает голову ко мне, когда мы останавливаемся на светофоре.

– Да, я тоже. У меня никогда не было настоящих подруг, ты знаешь, но сейчас я могу довериться Люсинде. А ещё Лекси. Она в последнее время часто звонит мне, и мы можем болтать часами, – я поднимаю взгляд на Алессио, следя за его реакцией. – Ты же не против, что мы сдружились?

– Конечно, нет, принцесса, – он целует в очередной раз мою ладонь и переводит взгляд на дорогу, когда загорается зелёный. – Лекси заслуживает иметь такую подругу, как и ты.

Несмотря на то, что девушка объяснила, что они с Алессио всего лишь друзья, любопытство и, буду честна, ревность гложут меня изнутри, потому что я не верю в дружбу между парнем и девушкой. У меня никогда не было подруг, но и друга тоже. Данте всегда был моим женихом. С самого детства все вокруг знали, что мы когда-нибудь должны пожениться, поэтому наши отношения нельзя назвать дружбой как таковой.

– Ты, кажется, очень трепетно к ней относишься, – я звучу как ревнивая девчонка, но ничего не могу с этим поделать. – У вас с ней правда никогда ничего не было?

Я смотрю на Алессио из-под ресниц и замечаю ухмылку на его лице, но от дороги он не отвлекается.

– Почему ты интересуешься?

– Хочу знать, если между вами что-то было, чтобы избежать неловкости при встречах, – я стараюсь казаться более беззаботной, чем есть на самом деле. – Ну так что?

– Алекс бы убил меня, – отвечает Алессио смешливо. – Признаюсь, мы с Лекси познакомились в баре и оба были не против провести ночь вместе.

Скребущее чувство внутри меня начинает набирать обороты, мои догадки подтверждаются. Я не хочу дальше слушать, однако Алессио продолжает:

– Но она перебрала с текилой, и её вырвало прямо на меня, когда я попытался её поцеловать. А потом она заплакала и рассказала историю своей жизни, выяснилось, что ей некуда было идти. Через два дня она переехала к нам с Алексом.

У меня вырвался всхлип, перерастающий в смех.

– Боже, как неловко получилось.