Я взял из ее рук гаспачо в супнице, и непроизвольно, а может и нет, мой взгляд упал на безымянный палец левой руки. Нет ни кольца, ни следа от него.

– Все в порядке? – спросила Селена, поймав мой взгляд и заметив заторможенность.

– Просто удивлен. – Я помог ей сесть на плед возле меня и проглотил первую ложку супа. Он был превосходным. – Когда ты успела все это приготовить?

Она улыбнулась.

– Эми была на спортбазе, когда услышала крики Марони и Митчела, раздающего приказы и кидающегося угрозами в адрес Марти, если тот будет лениться. Она позвонила мне, чтобы рассказать, как сильно ненавидит вашего тренера по физической подготовке за то, что он утомляет, цитирую, «ее любимого красавчика с отменной задницей». Тогда я поняла, что ждать твоего прихода вовремя не стоит. И вот, ужин готов.

Она как ни в чем не бывало дернула плечом и начала есть. Я следил за тем, как она глотает суп, облизывает губы и повторяет это снова и снова. Черт, как обычное поедание томатного супа могло так возбуждать?

– Тебе не нравится? Может, соли недостаточно? – Она забрала наши тарелки, поставила их на столик рядом и потянулась за солью, но я перехватил ее руку.

Мои губы накрыли ее, и теперь я сам ощутил вкус томата и перца со специями на своем языке. Углубив поцелуй, я притянул Селену к себе, обхватив за талию.

– Спасибо. Твои кулинарные навыки заметно улучшились.

Ее щеки залил румянец. Смущение шло ей, как и падающий на нее лунный свет.

Я вновь попытался поцеловать ее, но Селена положила ладонь на мою грудь, не позволяя прижаться к ней.

– В таком случае нам лучше продолжить. До десерта у нас еще два блюда, Чемпион.

Я не стал спорить. Вместо этого я поудобнее устроился рядом с ней и глотал одно блюдо за другим, пока мы смотрели серии «Бумажного дома», и пытался сдержаться от того, чтобы не начать расспрашивать ее об бывшем и не портить этот вечер, над которым она так усердно работала. Все это время я не выпускал ее ладонь из своей, а мои пальцы поглаживали то место, где когда-то было кольцо. Не мое.

Поэтому, когда очередная серия подошла к концу и ночь стала темнее, мое терпение иссякло.

– Сел?

Она слегка сместилась на своем месте между моими ногами, чтобы взглянуть на меня через плечо.

– Диего?

– Мне нужно кое-что у тебя спросить.

– Конечно, спрашивай.

Селена села напротив и сложила руки у себя на коленях.

– Почему ты ушла с прошлого места работы? – Я решил подойти к основной теме не спеша и дать возможность Селене двигаться в комфортном для нее темпе.

Она пристально посмотрела на меня, пытаясь разглядеть что-то на моем лице, затем ее голова опустилась, плечи напряглись, а пальцы начали лихорадочно теребить торчащую из подушки, нитку. Эти изменения в ее теле мне не понравились.

– Эй. – Я приблизился к ней и накрыл ее ладони своими. – Иди ко мне.

Посадив Селену к себе на колени и обхватив ее за подбородок, я как можно нежнее приподнял ее голову.

– Если ты не хочешь рассказывать, я не буду настаивать, – заверил я, потому что несмотря на мое желание узнать все о том ублюдке, который, судя по статусу невесты, занимал в ее жизни значимое место, не хотел давить на нее.

Я приму от нее все, что она готова мне дать, если же нет, просто смирюсь с тем фактом, что не я был первым и единственным, кто сделал ей предложение. Тем не менее мне необходимо знать, почему они расстались и не причинил ли он ей боли.

– Просто ответь мне на один вопрос: он совершил что-то, за что должен поплатиться жизнью?

Грустная улыбка появилась на ее губах, когда она посмотрела на меня, покачав головой, и это причинило мне боль.

– Мы с Коннором встретились, когда я узнала о болезни Тео, – начала рассказывать Селена, не глядя на меня, но держа мою руку в своей. – Нам нужны были деньги, поэтому я недолго думала, решив уйти из университета, и устроилась в кофейню неподалеку от дома, чтобы помочь папе и Энни. Зарплата была мизерной, но нужно было с чего-то начинать, а в наше время довольно тяжело найти работу, где не требуют опыта или диплома. И всем плевать, что у тебя есть желание и нужда. Абсурд, не так ли?

– Могу себе представить. – Я убрал прядь волос ей за ухо и погладил по щеке, давая понять, что прислушиваюсь к каждому слову.