Я прижал ее к себе и оставил нежный поцелуй на виске, пока все взгляды были устремлены на Андреаса.

– За что это? – спросила она, приподнимаясь ко мне.

– Мне нужна причина, чтобы целовать свою девушку?

На ее лице появилась застенчивая улыбка, глаза опустились к полу. Селена старалась скрыть свои эмоции, но я видел, как приятно ей, когда я называл ее своей девушкой. Моей.

– К тому же, ты потрясающе сегодня выглядишь.

Мой большой палец нашел путь по открытой части ее спины: сначала обвел лопатки и плавно спустился вдоль позвоночника к изгибу между спиной и ягодицами, где уперся в край ткани платья.

– Это ты уже говорил.

Селена приблизилась ко мне, закрыв глаза от удовольствия. Щеки ее покрылись легким румянцем.

– И я буду повторять это всю ночь, – прошептал я, наклоняясь к ее уху, чтобы никто другой не услышал. – Пока буду трахать тебя в этом гребаном платье. – Кончиком носа я коснулся ее уха, вызвав приглушенный стон наслаждения, пока мой палец рисовал узоры на ее бархатистой коже. – И буду повторять это каждый чертов день на протяжении всей нашей жизни, напоминая тебе об этом.

– Мне нравится, как это звучит.

Селена потянулась к моим губам для поцелуя, и в этот момент мы услышали голоса наших друзей.

– Эй, народ, а где хозяин дома? – поинтересовался Уилл, обращаясь к Лукасу, но тот лишь развел руками.

– Он готовит какой-то сюрприз для Андреаса. – Поймав на себе все наши взгляды и состроив обиженную гримасу, он продолжил: – Эй, какого хрена? Клянусь, на этот раз даже я не в курсе, что он задумал.

Это вызывало сомнения, поскольку эти двое практически неразлучны в делах, которые можно было смело отнести к категории «самое худшее решение». Их выходки неизменно приводили к головной боли у меня и тренера Марони, который за версту чуял, когда эти оба вновь что-то задумывали.

И как раз в этот момент из стереосистемы раздались первые аккорды песни «I Like To Move It», и я точно знал, что последует дальше.

Мигрень, добро пожаловать, черт возьми.

Из открытых дверей, откуда мы вышли, появилась огромная обезьяна, и я сразу понял, кто находится внутри этой штуки.

Под возгласы и аплодисменты гостей Марти, облаченный в тяжелый костюм, спустился по ступеням террасы и направился к танцполу посреди своего двора. Гости моментально окружили его, пока сам он приблизился к Андреасу, танцуя худший тверк из возможных своей огромной задницей.

– Это Марти? – спросила Селена сквозь смех и слезы.

– Только этот парень мог придумать такое, – ответил Уилл вместо меня, не скрывая улыбки, когда мы обменялись взглядами.

***

Ночь окутала все вокруг, но праздник Андреаса продолжался. Люди веселились, наслаждаясь каждым моментом удивительно теплой для ноября ночи. Кто-то плавал в обогреваемом бассейне, среди них и Лукас, окруженный двумя девушками. Одна из них, словно маленькая пиявка, крепко прижалась к его шее, а вторая… Ее рука была явно занята чем-то под водой. Малыш Рафи расслаблялся в джакузи с незнакомой брюнеткой, которую я видел впервые. Некоторые парни из команды привели своих девушек или жен, другие уже отправились домой к своим семьям и детям.

В центре двора люди танцевали под энергичные ритмы, которые менял Марти, выступающий в роли диджея. Он стоял за пультом в наушниках, в распахнутой рубашке и мокрых шортах. Его волосы были еще влажными после того, как он сбросил костюм обезьяны и прыгнул в бассейн.

Уилл и Томас расположились возле костра, потягивали пиво и смеялись над очередной шуткой Коди Синклера – одного из наших защитников. Команда считала, что этот парень пополнял запас шуток каждый вечер, сидя в своем кабинете в одном из самых роскошных домов Мадрида.

Среди гостей был и новоприбывший Рамси. Когда наши взгляды встретились, он поднял бутылку пива в знак приветствия. Я ответил ему тем же, подняв свой единственный на сегодняшний вечер бокал с виски, который медленно крутил в руке. Мы с Селеной сидели в соломенном кресле, наблюдая за происходящим. Вернее, она смотрела на всех, а я не отрываясь смотрел на нее.

Щеки Селены слегка покраснели от выпитого алкоголя, ее глаза блестели в полумраке. Она положила голову мне на плечо, сбросив туфли на траву, и ее руки мирно лежали на моей груди. Рука сама тянулась к ней, нежно касаясь ее талии и бедра, проводя пальцами по мягкой коже.

Селена глубоко вздохнула, затем зевнула, прикрыв рот ладонью.

– Может, поедем домой? – спросил я, оставляя легкий поцелуй на изгибе ее плеча и шеи.

– Еще нет, – ответила она, прижимаясь ко мне. – Здесь хорошо.

Да, здесь было неплохо, но я бы предпочел остаться с ней наедине в нашем доме.

Наш дом.