Мысли о прошедшей ночи снова нахлынули на меня, и я зарылась лицом в подушку. Сэинт был на вечеринке. Он оттащил меня к деревьям, связал и отшлепал ремнем. Хейдин и Кэштон наблюдали за этим, как платежеспособные клиенты. Это было унизительно, но я наслаждалась каждой секундой.

Зазвонивший телефон заставляет меня вздрогнуть, приподнявшись и вижу, что он лежит на тумбочке около моей кровати.

На экране высвечивается «Мой Лорд», и я закатываю глаза. Кто-то залез в мой телефон прошлой ночью и обновил свой контакт.

— Ал..., — прочищаю я горло. — Алло?

— Доброе утро, милая. — Голос Сэинта заполняет мой слух.

— Доброе утро, — бормочу я, протирая отяжелевшие глаза. Черт, мне нужно немного воды и что-нибудь поесть. Не говоря уже об обезболивающем. У меня раскалывается голова, и болят запястья. Кожа раздражена в тех местах, где они терлись о ветки деревьев, к которым меня привязали. Я не могла не бороться, хотя и не хотела быть свободной.

Я чувствую ожог на заднице и бедрах от ремня прошлой ночью. У меня все болит. Я убираю руку с лица и открываю глаза. Я вскрикиваю, увидев фигуру, стоящую в дверях моей комнаты.

— Господи, Сэинт! – Я бросаю в него свой мобильный и ложусь обратно в кровать. — У меня болит голова, — говорю я, закрывая лицо руками, чтобы избежать яркого света, проникающего из окон в комнату. — Что ты здесь делаешь? — Я даже не удосуживаюсь посмотреть на него.

Кровать прогибается рядом со мной, и его руки отводят мои от моего лица.

— Я разочарован, милая, — говорит он.

— Я уже напивалась раньше. — Я пытаюсь вывернуться, но он кладет руки по обе стороны от моей груди, прижимая меня к кровати.

— Я хотел, чтобы ты проигнорировала этот звонок, чтобы я мог привязать тебя лицом вниз на кровати и снова выпороть ремнем твою задницу.

Мои бедра сжимаются от напоминания о том, что он сделал прошлой ночью. Я сглатываю, когда его глаза опускаются на мою грудь и пробегают по моему телу, вспоминая, что я голая. Он в той же одежде, что и был прошлой ночью, давая мне понять, что он остался здесь, в моем доме, со мной.

— Я все равно должен это сделать после того, что ты пыталась провернуть прошлой ночью.

Мои глаза расширяются и встречаются с его.

— Что я сделала? — Я не помню, что произошло после того, как меня отшлепали в лесу. После все померкло. Кто знает, что я натворила.

— В машине, я был готов сделать все что угодно, лишь бы помешать тебе, отсосать мой член, пока я вез тебя домой.

Я не могу удержаться от смеха, и он поднимает бровь.

— Смешно, да?

— Ты говоришь об этом как о чем-то плохом. — Я все еще смеюсь. — Хочешь сказать, ты бы не хотел этого?

Он кладет свою правую руку мне на лицо и наклоняется. Его губы почти касаются моих, и мой смех полностью утихает. Я задерживаю дыхание, зная, что от меня ужасно пахнет.

— Сильнее всего, я хочу трахнуть это личико, милая — нежно говорит он, сверля меня взглядом. Он проводит пальцами по моим дрожащим губам. — И я сделаю это. Но это будет не в машине с тобой пьяной в стельку.

Я делаю дрожащий вдох, и он садится, убирая руки. Тоже поднимаюсь и прислоняясь спиной к изголовью кровати.

— Ненавижу это, — шепчу я. — И так будет всегда?

Он вздыхает, проводя рукой по небритому лицу.

— У Лордов, правила существуют не просто так, — отмахивается он.

— В них нет никакого смысла, — рычу я.

— Они и не должны иметь для нас смысл. Мы просто должны им следовать.

Я закатываю глаза и склоняю голову, потирая виски.

— Осталось всего три недели, — Я фыркаю от его напоминания. С таким же успехом это может быть три года.

Звук входящего сообщения на моем телефоне, привлекает наше внимание, и он встает, чтобы поднять его с пола, куда я его бросила. Прочитав его, передает мне телефон.

МАМА: Завтра в 3 часа дня. Я заберу тебя в 2:30. Будь готова.

— К черту этот день, — говорю я и, проигнорировав сообщение, бросаю телефон обратно на пол.

— Что будет завтра в три? — спрашивает он.

Свернувшись калачиком на боку, лежу лицом к нему.

— Терапия.

— Хочешь, я пойду с тобой? — спрашивает он, нежно убирая пальцами волосы с моего лица.

— Нет, — поспешно отвечаю я, и он хмурится. — Боже, нет. Ты сделаешь только хуже.

— Я просто хочу помочь.

— Я знаю, но она попытается убедить тебя, что я шлюха, зависимая от секса и просмотра порно. — А разве это не так? Я позволила ему назвать меня своей шлюхой. Блядь, я хочу быть для него кем угодно. Он может называть меня как угодно, пока позволяет мне кончать. Мне даже нравится его запрет. Это делает ситуацию гораздо более возбуждающей и запутанной.

— Ты говоришь об этом как о чем-то плохом. — Он улыбается, возвращая мне мои же слова.

Натягиваю на себя одеяло до самой шеи, внезапно ощущая себя неловко из-за того, что я все еще голая, а он полностью одет.

— Ни одному мужчине не нужна шлюха, — говорю я.