Мысль о том, что мама права, бесит меня больше всего. Он не будет меня любить. Все будет сводиться к сексу. Я не против, чтобы он использовал меня для секса, пока я единственная женщина, с которой он спит. От одной мысли о том, что он может быть с кем-то еще, мне становится плохо. Но это же безумие, правда? Лорды не верны. Как только мы даем клятву, он волен трахаться с кем хочет. Это я буду привязана к нему, а не наоборот. И он может передавать меня кому захочет, так почему он должен трахать только меня? Я буду лучшей шлюхой в его жизни. Я сделаю так, что ему никогда не понадобится другая женщина. Неважно, что мне придется сделать, чтобы показать свою преданность.

Закончив собираться, я прячу оставленную им коробку под кровать, чтобы мама ее не нашла. Не думаю, что она станет рыться в моей комнате.

Спускаюсь по лестнице, но останавливаюсь, услышав голос отца.

— Что, черт возьми, произошло? — кричит он шепотом. Я вижу, что он старается говорить тихо, но ему хочется кричать.

— Я этого не делал, — сдавленно отвечает кто-то.

Это Адам. Мой брат-близнец.

Мы совсем не похожи. У него зеленые глаза и светлые волосы моего отца. А у меня темные волосы и голубые глаза, как у нашей мамы. Только вы об этом никогда не узнаете, потому что в последнее время она обесцвечивает волосы.

— Мне позвонили и сказали, что тебя видели с ней в последний раз. — Продолжает наш отец. — Как ты это объяснишь?

Адам вздыхает, и, пока я медленно спускаюсь по лестнице, пытаясь занять лучшую точку обзора, чтобы подслушать их, входные двери открываются.

— Привет, красотка. — Входит моя подруга, заметив меня на лестнице. — Здравствуйте, мистер Прайс. — Она смотрит вперед по коридору и подмигивает моему отцу.

Закатываю глаза. Она одержима каждым мужчиной, которого видит. Но я завидую. Завидую ей. Ее отец не лорд. Она учится в университете Баррингтона. В этом году мы обе старшекурсницы, а она трахается с первого курса.

Чтобы учиться в Баррингтоне, не обязательно быть лордом. В университет приезжают парни и девушки со всего мира. Именно сюда элита и богатейшие люди отправляют своих детей, чтобы получить, по их мнению, единственно приемлемое образование. На самом деле это ложь. Родители платят миллионы, чтобы создать видимость, что их дети умны. Но на самом деле они прогуливают занятия и веселятся без остановки, пока профессора ставят им пятерки.

— Я ухожу, — объявляет мой брат, воспользовавшись возможностью, которую ему только что предоставила Мари, чтобы закончить разговор с нашим отцом.

— Сын...

— Увидимся завтра, — кричит Адам, выбегая из двойных дверей.

Останавливаюсь и поворачиваюсь к отцу. Он разочарованно оглядывает меня с ног до головы. Я подслушала его разговор с Сэинтом. Это было неловко. Слышать, как твой отец говорит другому мужчине, что ты шлюха. Была бы я такой, если бы не была девственницей? Скорее всего.

Но я давно хотела отдать свою V-card (девственность) Сэинту. Просто хочу, чтобы это было не так. Я ненавижу мир, в котором нас заставляют жить мои родители.

Он делает шаг вперед.

— Эштин...

— Я иду с Мари, и сегодня останусь у себя, — сообщаю ему, отступаю и тоже спешу уйти. Мари не знает о Лордах, и я бы предпочла, чтобы не узнала о больных и извращенных ритуалах, из которых состоит это тайное общество.

Спустившись по ступенькам к ее машине, мы оба падаем в нее. Секунду мы сидим, пока она не смотрит на меня.

— Все в порядке?

Я киваю.

— Да. Куда мы едем?

Улыбаясь, она отвечает:

— В лес.

Я выросла в Пенсильвании. Прожила здесь всю свою жизнь. Может быть, я необъективна, но здесь великолепно. Нигде больше не хотела бы жить. Не очень понимаю, что хочу делать с остатком своей жизни, но это неважно. Меня выдадут замуж за Лорда, которого выберет мой отец, и я стану его верной леди. Я буду готовить, убирать, сосать его член и воспитывать детей. Это то, чего от нас ждут. Мы не делаем карьеру и не стремимся к успеху. Мы служим своим Лордам так же, как Лорды служат своему обществу.

Мы едем по извилистым дорогам и взбираемся на холмы, пока она везет нас к месту, где все веселятся. В Баррингтоне официально начался выпускной год, и все готовы отрываться по полной. Каждую ночь недели. Неважно, что начались занятия. Профессорам платят за то, чтобы они ставили нам оценки, а не учили. У большинства студентов есть семьи, которые уже управляют многомиллиардными компаниями, поэтому им не нужно образование. Им нужен диплом, который можно повесить на стену, когда папа передаст им компанию, чтобы было видно, что они усердно работали, чтобы получить свою должность.

Она выезжает на дорогу, ее фары блестят на гравии. По обеим сторонам припарковано столько машин, что проехать трудно. Найдя просвет, она ныряет в него и останавливает машину на травянистой площадке.

Мы выходим и идем к костру.

— Тебе нужно выпить, — смеется она.