В последний раз, когда я видел Боунса, это была не дружеская встреча. В Нью-Йорке я набросился на него, защищая действия Кэштона из-за его друга. Но я не ошибся — он понятия не имеет, на что способен Лорд. Хотел бы сказать ему, что он многого не знает о своем друге, но пусть сам разбирается. Рано или поздно правда всегда выходит наружу.

— Благодарю вас, — говорю, оглядывая стол.

Я позвонил им перед вылетом, рассказал о том малом, что нам удалось выяснить, и попросил помочь. Адам считал, что Лас-Вегас — лучшее место для начала поисков, и я с ним согласился.

— Что это было? — указываю на коробки.

— Пожар, — отвечает Кросс.

Я фыркаю и язвительно замечаю:

— Оригинально.

— Насколько я могу судить, он устроил так, чтобы кто-то поджёг это место, если он не вернётся к определённой дате, — предполагает Боунс. — Но, если бы мне пришлось угадывать… думаю, он всё равно собирался всё сжечь.

— Бенни никогда не планировал возвращать Эштин сюда, — я качаю головой.

Его слова менее десяти часов назад до сих пор звучат у меня в голове:

— Я не собираюсь вас убивать. — тряся головой в маске, он смеется над Сэинтом. — Я собираюсь запереть вас всех здесь, в камерах. Посажу её на цепь в той, что рядом с тобой. Ты будешь слушать, как она плачет и всхлипывает, когда я буду трахать её каждый день. Буду кормить её ровно столько, чтобы она оставалась жива, но недостаточно, чтобы сохранить жизнь твоему ребенку. Как только ваш ребенок умрёт, я заберу её с собой и оставлю вас всех гнить в этом аду, который вы так сильно любите.

Бенни был уверен, что Сэинт обрюхатил её, что вполне возможно. Он хотел, чтобы она потеряла ребенка Сэинта так же, как она потеряла его ребенка четыре года назад, после того как он изнасиловал её. И он был готов на всё, чтоб так оно и случилось.

Открыв одну из коробок, достаю несколько вещей, которые не представляют никакой ценности. Это всего лишь несколько листков бумаги с обгоревшими краями. Затем идет набор игральных карт.

Открывая вторую коробку, я вижу набор фотографий. У меня внутри все переворачивается, когда я понимаю, кто это. Эштин. Это полароидные снимки, где она спит обнажённой в постели. На некоторых она бодрствует, смотрит прямо в камеру. Целует камеру. На других она раздвигает ноги, её рука между ними — она играет с собой, глядя прямо на него, пока он фотографирует.

— Блядь!

Кладу снимки лицом вниз, чтобы Короли не могли их увидеть. Хотя уверен, что они уже всё рассмотрели. По крайней мере, я могу уберечь Адама от этого зрелища.

— Я же говорил, что надо было их уничтожить, — ворчит Грейв, обращаясь к Боунсу.

Я тянусь к старой плетёной корзине. Открываю её и рычу сквозь зубы, когда вижу ещё больше грёбаных фотографий. Но, пролистывая их, замечаю кое-что любопытное.

— Вы знаете, кто на этих снимках вместе с Бенни? — показываю фотографии Королям.

— Нет.

Титан и Боунс одновременно отвечают. Кросс качает головой, а Грейв открывает очередную банку энергетика. В углу стоит пятый человек — Оливер Найт. Я знаю о нём ещё меньше, чем о Королях, но спросить не помешает. Очевидно, они достаточно близки, раз он здесь. Он тоже качает головой.

— А ты? — спрашиваю у Адама, поднося снимок ближе к его лицу.

— Нет.

Я снова начинаю копаться в коробке и замечаю что-то на дне. Достаю это и вытаскиваю покерную фишку, которую тут же бросаю на стол.

— Откуда это? — спрашиваю, видя, что на дне лежит ещё больше таких же фишек. На глаз около пяти тысяч долларов.

— Братья Мэйсон, — первым отвечает Адам, взглянув на неё.

Мы поддерживали связь последние четыре года, но я не всегда знаю, где он находится. Его работа заставляет его постоянно путешествовать по миру. Он приходит и уходит, как ему вздумается, а я не задаю лишних вопросов.

Боунс поднимает фишку, и его жесткий взгляд встречается с моим, когда он сжимает её в кулаке.

— Они сейчас в Вегасе? — спрашиваю, глядя на Адама, и он кивает.

— Они управляют аэропортом… — Грейв объясняет.

— Я хочу встретиться с ними, — перебиваю его, не особо заботясь о том, что за «аэропорт».

Боунс качает головой.

— Мы не ведём с ними дела.

— Мне похуй, что вы, ребята, с ними делаете или не делаете. У меня есть вопросы, а у них, возможно, есть ответы.

Мы проделали весь этот путь, и я не вернусь в Карнаж, пока не получу то, что хочу. Эштин и Кэштон разрывают мой телефон звонками. Сэинт хранит гробовое молчание, но я ожидал этого.

Адам дал понять ещё до нашей поездки: Бенни говорить не будет. Я не сомневаюсь в своих братьях — Кэштоне и Сэинте — но не могу сказать наверняка, смогут ли они заставить Бенни заговорить. Но я уверен в другом: Сэинт просто убьёт его. Не специально. Это будет вспышка ярости. Особенно после того, как Бенни похитил и насиловал Эштин четыре дня.