— У нас неприятности?

Она кладет руку на свой плоский живот, и я ненавижу то, как она волнуется. Как легко у нас могут отнять всё, что мы любим.

— Нет, — я кладу свою руку ей на живот поверх её руки. Она вздыхает и смотрит в потолок. — Всё в порядке, — заверяю я её. — С тобой всё в порядке. С нашими малышами всё в порядке, и с нами всё в порядке.

Её слезящиеся глаза возвращаются к моим, и я ободряюще улыбаюсь ей. На этот раз я не лгу ей. Мы с братьями собираемся сохранить тайну Адама и Сина. Никто из нас не поставит под угрозу то, что у нас есть, и то, что мы построили здесь. У Адама всё хорошо, и мы воспользуемся любым возможным шансом, чтобы помочь ему завершить начатое. Не важно, сколько времени это займет.

— Обещай мне, что больше никаких секретов. Больше никакой лжи.

— Я обещаю, — немедленно нарушая это.

Я никогда не смогу рассказать ей о женщине, которую она убила. Я унесу это с собой в могилу. Это было ни к чему. Не иначе как её мама разыгрывала её или пыталась передать Адаму сообщение.

— Я люблю тебя, — шепчет она.

Я поднимаюсь, и она раздвигает ноги, позволяя мне встать на колени между ними. Я всё ещё полуодет, но моя жена обнажена. В том виде, в каком я её оставил. Положив обе руки по обе стороны от её головы, я запускаю пальцы в её темные волосы и запрокидываю её голову назад, чтобы прикоснуться губами к её нежной шее.

— Я люблю тебя, Шарлотта.

Она стонет, проводя ногтями вверх и вниз по моим бедрам. Мои губы скользят вверх, к линии её подбородка и к её губам. Она открывается мне, позволяя овладеть своим ртом, в то время как её бедра приподнимаются, умоляя о большем.

Отстраняясь, она улыбается мне.

— Ты всё ещё должен мне этот медовый месяц.

— В следующий раз…

Она зажимает мне рот рукой и качает головой.

— Я не хочу знать, что будет на следующей неделе, в следующем месяце или в следующем году. Я хочу, чтобы это было сюрпризом, — убрав ладонь с моего рта, она обвивает руками мою шею.

— Как пожелает моя Леди, — говорю я ей, и у меня уже есть план.

Здесь всё изменится. Скоро появятся дети — не только у моей жены, но и у Эштин. И скоро это место, которое мы называем адом, наполнится смехом и беготней маленьких ножек по коридорам. Мы всегда говорили, что Карнаж — это не место для детей, но это докажет, что мы ошибаемся.

Это не то, какой я представлял себе свою жизнь. Это намного больше, чем я мог когда-либо мечтать.

Хейдин

Восемнадцать лет спустя

Её сука-мать вколола мне какое-то дерьмо, чтобы я прожил долгую и здоровую жизнь. Я не уверен, сколько я принял и сколько времени это добавило к моей жизни, но каждый раз, когда я смотрю на свою жену, у меня сжимается сердце при мысли о том, что мне придется прожить без неё хотя бы день. У неё тоже это есть… но это не значит, что кто-то из нас пуленепробиваемый.

Раньше мне было всё равно, жив я или мертв, но теперь я часто думаю о смерти. Я постоянно возвращаюсь к одной мысли: если она умрет раньше меня, я пущу себе пулю в лоб в тот день, когда потеряю её. Но потом я смотрю на наших детей. Я был бы им нужен. Наши дети сильные, но потерять обоих родителей в один и тот же день? И один из них покончил с собой? Мне бы не хотелось оставлять их на произвол судьбы.

Я никогда не болел. Ни разу не простудился с тех пор, как меня вытащили из того места. Ни единого седого волоска. Я хожу в свой домашний тренажерный зал по крайней мере пять дней в неделю. Я чувствую себя прекрасно, и я ненавижу это. Я каждый день заставляю себя делать больше и поднимать тяжелее. А Шарлотта? Она великолепна, как никогда.

Она подарила мне троих сыновей, и, если бы это зависело от меня, я бы оставил её беременной навсегда. Но выносить тройню было для неё нелегко, даже с учетом стимуляторов основателей. Большую часть беременности она провела в постельном режиме, и мальчики появились на свет раньше срока после экстренного кесарева сечения. Дэвин и Гэвин заверили нас, что это не редкость, когда речь заходит о тройне, и мы с самого начала знали, что это будут не естественные роды. Это не уменьшило моего беспокойства за жену и детей.

Я сделал обратную вазэктомию через два месяца после того, как мои братья спасли меня. Мы с Шарлоттой никогда не прекращали попыток завести ещё детей, но у нас ничего не получалось. Гэвин сказал, что это не гарантия. Вероятность того, что это произойдет, составляет от девяноста до девяноста пяти процентов. К сожалению, у меня не было таких результатов. Это не значит, что я не благодарен за то, что у нас есть.

Наш дом был полон смеха и сумасшествия. Растить троих сыновей, будущих братьев Спейд, было нелегко, но я не мог бы найти лучшего партнера, с которым можно было бы разделить это.