Прошла неделя с тех пор, как мои братья спасли меня. Кажется, всё возвращается на круги своя, если это вообще возможно. В нашей жизни нет ничего нормального. Но моя девочка здесь, со мной, и каждую ночь она в нашей постели. Ничего не может быть лучше этого.

— Куда мы идем, Хейдин? — спрашивает Шарлотта, когда мы идем по больнице в Карнаже.

Стараясь не шуметь, я открываю перед ней дверь и завожу её внутрь, положив руку ей на поясницу.

— Наконец-то. Что, блядь, происходит, Хейдин? — спрашивает Райат, вскакивая на ноги. Его жена остается сидеть рядом с ним.

Я смотрю на Дэвина и Гэвина и киваю им. Дэвин начинает раздавать листы Блейкли, Шарлотте, а затем Райату. Мне он не нужен. Я и так знаю. Узнал об этом сегодня утром, когда Шарлотта спала рядом со мной, и я сразу же написал Райату, что мне нужно, чтобы он и его жена встретились с нами здесь.

— Что это? — спрашивает Блейкли, перечитывая листок бумаги, который она держит в руке.

Тело Райата напрягается, когда он читает свой, прежде чем скомкать его в руке.

— Пока мы брали анализы крови у всех жен, Хейдин подумал, что было бы неплохо провести ещё один тест, — Гэвин обращается ко всем. — И, как вы можете видеть, результаты совпадают.

— Я не понимаю, — Шарлотта поднимает брови, когда смотрит на меня. — Что это значит — совпадение на пятьдесят процентов?

— Охренеть, — Райат вздыхает, опуская голову.

— Что? — Блейкли поднимается на ноги и её листок падает на пол. — Райат, что происходит?

— Твоя мама… — он замолкает, глядя на неё снизу вверх, и краска отходит от её лица.

— А что насчет ЛиЭнн? — медленно спрашивает она.

Я достаточно знаю об их отношениях, чтобы понимать, что они не близки. И если бы Райат настоял на своем, её мать была бы мертва.

Он обхватывает ладонями её лицо и глубоко вздыхает.

— Она одна из близняшек.

— Что? — Блейкли отступает назад, а его руки опускаются по бокам. — Нет. Я бы… — она обрывает себя, потому что понимает, что ни черта не знает о своей матери. — Что это значит?

— Это значит, что вы с Шарлоттой родственники, — отвечаю я.

Шарлотта и Блейкли одновременно поворачиваются ко мне лицом.

— У ЛиЭнн есть близнец… и это Изабелла, мать Шарлотты.

***

Мы с Райатом оставляем наших жен поговорить, а сами выходим в коридор. Он начинает расхаживать, а я засовываю руки в карманы.

— Я подумал, они заслуживают того, чтобы знать.

Я попросил Адама немного покопаться, и в результате он выяснил, что Изабелла и ЛиЭнн официально сменили свои фамилии, когда учились в Баррингтоне. Мой вопрос — почему? Что случилось, что им понадобилось разорвать все связи, которые могли бы доказать их родственную связь?

Райат кивает скорее себе, чем мне.

— Я просто… я не понимаю, — он поворачивается ко мне лицом. — Ты сказал нам, что Шарлотта прошла посвящение… на ней было клеймо, и ты был её заданием.

Он проводит рукой по лицу, вспоминая прошедшую неделю. Это давит на всех нас. Я собираюсь забраться в постель к своей жене и вырубиться, после того как трахну её.

— Все Леди от основателей, но Лорды не заставили Блейк пройти второе посвящение, а Элли прошла его, но не получила задания. Конечно, Лейк не пришлось ничего делать из-за того, о чем договорился Тай. Но это всё равно не объясняет, почему Лорды не требовали от других Леди большего, чем от Шарлотты.

На днях я рассказал им обо всем, через что прошла Шарлотта, и все они были в таком же замешательстве, как и я.

— Я не могу ответить на этот вопрос, — честно признаюсь я, ненавидя себя за то, что не знаю всего.

— Я могу.

Мы оба поворачиваемся и видим Билла, идущего к нам с Тайсоном, Сином и Сэинтом. Мы ещё не выгнали его из-за того, как много он помог нам. Без него я бы до сих пор сидел взаперти, а мою жену насиловали бы и избивали ежедневно.

Они останавливаются перед нами.

Райат кивает головой.

— Я слушаю, — он вздыхает, устав от этих дурацких игр.

— Мать Блейк никогда не была частью её жизни. Её мачеха заключила эту сделку с Мэттом и его матерью. Если бы вы с Блейк не вмешались, кто знает, что бы произошло.

Райат сжимает кулаки, представляя, какая жизнь могла бы быть у его жены.

— Тогда, конечно, Элли… — он поворачивается лицом к разъяренному Сину. — Они хотели доказать, что она психически неуравновешенна. Они не хотели давать ей никаких посвящений, чтобы доказать, что она может пройти. Но ты женился на ней, и всё изменилось. Как только Лорды поняли, что она твоя жена, они должны были дать ей что-то, чтобы, по крайней мере, доказать её преданность тебе.

Син проводит рукой по волосам, опуская глаза в пол.

— А Лейкин… её отец не хотел, чтобы она была частью Лордов, потому что собирался продать её.

При этих словах Тайсон сжимает челюсть.

Билл продолжает.