Облизывая губы, он делает глубокий вдох, отчего его мускулистая грудь выпячивается.

— Я… — его лицо смягчается, и волосы у меня на затылке встают дыбом. Если он расстроен из-за этого, значит, все плохо.

Смех моей матери наполняет подвал, и этот звук царапает мою кожу, как лезвие бритвы.

— Что происходит? — спрашиваю я, и мне становится тошно.

Его челюсть сжимается, и он отводит от меня взгляд. Я знаю, что ничего от него не добьюсь, но моя мать более чем готова это сделать.

— Когда он был под моим присмотром, ему сделали операцию.

— Блядь, — шипит Сэинт.

Мои слезящиеся глаза переводятся на него, а затем на Кэштона, и я вижу, что он опустил голову, потирая затылок. Я перевожу взгляд на Хейдина, всё ещё не в состоянии сложить все воедино.

— Что она с тобой сделала? — шепчу я.

— Она сделала ему вазэктомию, — Адам отвечает мне, и я поворачиваю голову, чтобы увидеть, как он подходит и встает рядом с нами. Его зеленые глаза смотрят на мою мать.

— Давным-давно Лорды обычно поступали так с членами низшего звена, чтобы полностью избавиться от слабых этих семей. Но потом они поняли, что это было наказанием для вышестоящих. Это был просто ещё один способ контролировать нас. Самое унизительное, что можно сделать с мужчиной, — это лишить его шанса иметь наследника.

— Они не должны жениться и заводить семью, — огрызается моя мать. — Вы все потеряли этот шанс, когда убили своих Избранных.

Кэштон подходит к ней, но Сэинт отталкивает его.

— Ты не оставила нам выбора, — плюет в неё Кэштон.

— У тебя всегда был выбор! — кричит она. — Ты выбрал трусливый выход, — её взгляд перемещается на Сэинта. — Это единственная причина, по которой Лорды позволили тебе оставить свою жену-шлюху, потому что ты женился на ней за их спиной.

Кэштон и Хейдин оба убили своих Избранных? Это то видео, которое я видела? Моя мать позволила этим четверым мужчинам пытать Хейдина, потому что он убил Сьерру вместо того, чтобы позволить им изнасиловать её.

Я понимаю, что плачу, когда Хейдин проводит своими татуированными костяшками пальцев по моим щекам.

— Я исправлю это, — говорит он мне.

Мой пульс учащается от надежды, и мои полные слёз глаза ищут его.

— Ты хочешь детей?

Раньше он их не хотел.

— Конечно, — он хмурится, как будто я сошла с ума и представила себе весь наш разговор, который мы когда-то вели в его постели.

— Ты моя жена, и я хочу создать нашу семью.

С моих губ срывается всхлип, и я прикрываю рот рукой.

Он притягивает меня к себе, чтобы обнять, и я прижимаюсь к нему.

— Мне так жаль, Шарлотта, — он кладет руку мне на затылок, притягивая к себе, и я плачу ещё сильнее. — Мне так жаль.

— Хейдин? — я отстраняюсь, и он отпускает меня, чтобы я могла посмотреть на него снизу вверх.

— Да, куколка? — его красивые голубые глаза изучают мои слезящиеся. — Ты можешь сказать мне… что такое?

— Я беременна.

Хейдин

— Что?

Мои уши слышат её, но разум не верит ей.

— Не лги ему! — рявкает её мать у меня за спиной.

— Я беременна, — повторяет моя жена, игнорируя её, как будто её нет с нами в одной комнате.

— Это невозможно! — кричит Изабелла. — Она лжет тебе. Пытается обмануть тебя. Это, вероятно, кто-то другой.

Я единственный мужчина, с которым Шарлотта когда-либо была. Если моя жена говорит, что беременна, значит, так оно и есть. Я кладу руки на её плоский живот, и она прикрывает рот, пытаясь подавить рыдания, но безуспешно.

— Когда? Как?

У меня так много вопросов. Не прошло и трех месяцев с тех пор, как ей сделали тот укол.

— Я не знаю, — Шарлотта шмыгает носом. — Мне было плохо. Я думала, это просто нервы. Но Эштин заставила меня сделать тест, и он оказался положительным.

Я видел, как ей было плохо. Я держал её за волосы, гладил по спине и купал, когда она болела. Я думал, у неё просто стресс.

Улыбаюсь ей, и она тихо смеется, а с её нижних ресниц падают новые слезы. От улыбки на её лице захватывает дух, и я хотел бы, чтобы мы были одни и я мог показать ей, как сильно я её люблю и как я рад, что у неё будет мой ребенок.

— Я могу ответить на эти вопросы.

Билл снова вступает в разговор, он смотрит на её мать, потом на меня.

— Я — причина, по которой Анна… Шарлотта, — поправляет он себя, — беременна от Хейдина.

В комнате воцаряется тишина, и он смотрит на свою жену.

— И ты помогла мне сделать это.

— Никто не знает, о чем ты говоришь, — кричит Изабелла.