— Так и есть, — затем он быстро переводит взгляд на меня. — Но твой отец знал, что он придёт. Трент облажался и знал, что Лорды пошлют кого-нибудь за ним. Он был инициацией Хейдина. Я был на палубе с твоим отцом, когда тот вышел на неё. Твой отец подозревал, что это был он, потому что мы были… знакомы с братьями Спейд и знали, что их сыновья проходят посвящение. К тому же, Хейдина не было в списке приглашенных на вечеринку.

— Что он сделал? — спрашиваю я, вытирая вспотевшие ладони о джинсы, желая знать. Моя мать никогда не хотела говорить о смерти моего отца. Она говорила, что это было слишком больно.

— Хейдин задумался на секунду. Он остановился… — его взгляд быстро скользнул по мне. — Это была ты.

— Я? — я хмурюсь.

Он тихо смеется.

— Хейдин видел тебя с друзьями. Вы смеялись и пили шампанское. Ты привлекла его внимание, и он наблюдал за тобой достаточно долго, чтобы забыть, зачем он здесь.

Хейдин видел меня в ту ночь? Почему он мне об этом не сказал? Я никогда не знала, что он был там. Или что он видел меня до нашей первой встречи в Карнаже. Не знала, пока он не оставил мне видео…

— Твой отец не хотел, чтобы была сцена, — продолжает он, — потому что, хотя он и знал, что Хейдин будет рядом с ним, он не знал, как он это сделает. Обычно порядок заключается в том, чтобы всё испортить. И он не хотел, чтобы вы видели, как это происходит. Поэтому он подошел к тебе, обнял вашего друга, поцеловал тебя в щеку… он встал в поле зрения Хейдина, чтобы вернуть его внимание к себе. Это сработало, и Хейдин последовал за ним в его кабинет.

— Где он застрелил его, — шепчу я, снова опуская глаза на колени, и смотрю на пистолет, который дал мне Кэштон. Интересно, на скольких людях он его использовал. Сколько жизней это унесло. Все ли они были Лордами? Все ли они этого заслуживали?

— Ты не можешь винить Хейдина за то, что он делает то, для чего его воспитывали, Шарлотта. Иначе тебе пришлось бы взглянуть на себя в зеркало.

Я провожу рукой по волосам, смотрю в окно на проплывающие мимо деревья и откидываюсь на теплое сиденье, зная, что он прав.

— Мы все злодеи, — бормочу я. — Я убила человека и никогда не задумывалась о том, кого они оставили позади.

Он усмехается.

— Мы живем в мире, где либо убей, либо будешь убит сам. Ты просто должна быть первой, кто нажмет на курок.

Хейдин

Я стою на веранде возле своей спальни и смотрю на лес. Сейчас середина ночи, и в правой руке у меня сигарета. В левой — мой мобильник. Раздвижные стеклянные двери в мою комнату за спиной открыты. Сегодня прекрасная ночь. Дождь идет уже несколько часов и, похоже, не собирается прекращаться в ближайшее время.

Стоны и всхлипывания привлекают моё внимание, и я оборачиваюсь, чтобы увидеть Шарлотту в спальне.

Я тушу сигарету о перила и вхожу в комнату. Она задыхается, извиваясь на веревках, которые связывают её в позе клубка, когда она свисает с потолка. В тот день в Карнаже я сказал ей, что собираюсь подвесить её и покурить, пока сперма будет вытекать из всех её дырок. Как никчемная шлюха, которой она и должна была быть. Сегодня была та самая ночь.

Хотя я бы не сказал, что она бесполезна. Она служит определенной цели. Той, которая заводит меня. Чёрт, я не могу насытиться. Как только я закончу, я смогу начать снова. И снова. Она живет со мной в моем доме уже три дня, и я не планирую отпускать её в ближайшее время.

Я подхожу к её киске и заднице. Везде по вибратору. Я включаю их на своем телефоне, наслаждаясь тем, как её хриплый голос разносится по всей комнате. Она прижимает колени к груди, чтобы они были легко доступны. Её руки обхватывают ноги, сцепленные сзади в коленях.

Затем я подхожу к тому месту, где склонена её голова, и провожу пальцами по её приоткрытым губам.

— Ты выглядишь красивее, чем я себе представлял, — тихо говорю я, и её тяжелые веки открываются. Её милое личико покрыто слюнями, слезами и моей спермой.

Сначала я трахнул её киску, и она кончила дважды. Затем в рот. Так она могла попробовать себя на мне. Я хотел напомнить ей, как сильно ей это понравилось. Её задницу я приберег напоследок.

— Хей-дин? — она задыхается, а её маленькое тельце дрожит в веревках.

— Да, куколка? — спрашиваю я, кладу руку ей на затылок и слегка приподнимаю её, чтобы её слезящиеся глаза могли встретиться с моими, пока я смотрю на неё сверху вниз. — Скажи мне, чего ты хочешь, Шарлотта.

Она облизывает губы, как послушная игрушка, с которой нужно поиграть.

— Пожалуйста, — умоляет она.

— Тебе просто нравится, когда тебя используют, да? — я тихо смеюсь, и она крепко зажмуривается.

Я шлепаю её по щеке.

— Открой глаза, куколка.

Её глаза распахиваются, и она высовывает язык, пристально глядя на мои джинсы. Мой член находится прямо на уровне её глаз. Я расстегиваю молнию на джинсах и с улыбкой достаю свой твердый член.