Я зарываюсь пальцами в его волосы, и он стонет мне в рот. Чёрт, я отчаянно хочу его. Мои бёдра начинают покачиваться у него на коленях, и он отрывает мои губы от своих, зарываясь руками в мои волосы. Его губы скользят вдоль линии моего подбородка к шее. Он впивается зубами в мою чувствительную кожу, и я дрожу, моя киска сжимается, когда я покачиваю бедрами.

— Пожалуйста? — бесстыдно умоляю я.

— Используй свои слова, куколка, — приказывает он.

Его рука опускается на мою задницу, и он сильно шлепает по ней.

Я стону, желая большего.

— Пожалуйста, трахни меня, — мой голос такой же требовательный, как и моё тело. — Я твоя шлюха, Хейдин. Используй меня, как хочешь.

— Блядь, — рычит он.

Его свободная рука опускается на мою шею, и я смотрю в потолок, предоставляя ему полный доступ. Он может задушить меня или укусить. Я стала женщиной, которая примет всё, что он решит со мной сделать.

Леди отдает своему Лорду всё, что он пожелает.

— Я твоя, — говорю я, затаив дыхание, надеясь, что он понимает, что я имею в виду нечто большее, чем просто секс.

— Да, чёрт возьми, это так, куколка, — его губы скользят по моему подбородку, и я поворачиваю голову, чтобы поймать их. Мне нужно почувствовать их на своих губах, и от этого у меня перехватывает дыхание.

***

Я заканчиваю пользоваться туалетом и захожу в соседнюю комнату, чтобы убедиться, что он ушел.

— Хейдин? — спрашиваю я. Он не отвечает, поэтому я поднимаю с пола его футболку и натягиваю её.

Выйдя из своей комнаты, я вхожу в гостиную и вижу, что он стоит спиной ко мне, глядя в панорамные окна, из которых открывается вид на мой задний двор. Мой вид далеко не такой великолепный, как у него дома, но всё равно красивый. Я хмурюсь, видя, что он надел джинсы.

Проходя мимо кофейного столика, я замечаю, что на нём лежит мой мобильник, и делаю мысленную пометку включить его. Я уверена, что он разрядился.

— Что ты делаешь? — подхожу к нему сзади и обнимаю его за талию, прижимаясь затылком к его обнаженной спине, и вдыхая его запах. Я пытаюсь убедить себя, что просто слишком остро реагирую, но я знаю, что что-то надвигается, и я не могу это остановить.

Он поворачивается в моих объятиях, и я поднимаю взгляд, когда он нежно проводит костяшками пальцев по моей щеке, убирая волосы с моего лица. Я улыбаюсь ему, но он не отвечает на улыбку. Мои губы опускаются, и в животе снова возникает тошнотворное ощущение.

Наклонившись, он берет мою левую руку и проводит большим пальцем по обручальному кольцу. Это чувство усиливается, заставляя меня нервно сглотнуть.

— Ты сожалеешь об этом? — шепчу я.

От его молчания у меня внутри всё переворачивается. Он обхватывает моё лицо своими теплыми руками и заставляет меня поднять на него заплаканные глаза.

— Я не жалею, что женился на тебе, Шарлотта. О чем я жалею, так это о том, почему ты вышла за меня замуж.

Я фыркаю. Я влюбилась в этого мужчину, и при мысли о том, что он может решить, что я ему больше не нужна, мне становится плохо.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты вышла за меня только потому, что чувствовала, что у тебя нет выбора, — он вздыхает.

Я кладу руки на его мускулистую грудь и чувствую, как ровно бьется его сердце.

— Ты женился на мне не потому, что любил, — я тихо смеюсь, пытаясь разрядить обстановку.

Он ничего не говорит по этому поводу. Вместо этого его глаза ищут мои, и я хватаю его за руку, начиная тащить в спальню.

— Пошли, — я пытаюсь сменить тему. — Пойдем в постель. Я устала.

Хейдин

Она уснула и прижалась ко мне. Я обнимаю её одной рукой за шею, а другая лежит на моей обнаженной груди. Я смотрю в потолок, наблюдая, как солнце медленно поднимается, освещая её спальню. Шарлотта, наконец, заснула около часа назад.

Мне следовало дать ей поспать раньше, но я не мог остановиться. Она была нужна мне. И, как хорошая девочка, она позволила мне взять всё, что я захочу. Этого никогда не будет достаточно, но всё хорошее когда-нибудь заканчивается. И моё время истекло.

Высвободив руку из-под неё, я соскальзываю с кровати и осматриваю её. Она не пошевелилась. Бедняжка так измучена. Я хочу, чтобы она помнила меня. Меня, который любил её. А не того, кто шантажировал и обращался с ней как с дерьмом. Не того, кто собирается бросить её, как будто она никогда ничего для меня не значила.

На моем телефоне начинает жужжать будильник, и я беру его с прикроватной тумбочки, выключая. Он был установлен на случай, если мне удастся заснуть. Я не смог. У меня будет достаточно времени, чтобы заниматься этим всю оставшуюся жизнь. Как бы долго это ни продолжалось.

Судя по часам на моем телефоне, у меня есть час, чтобы добраться туда. Я наклоняюсь, запускаю руку под кровать и достаю то, что мне нужно, затем расстегиваю молнию на сумке. Я вынимаю всё содержимое и начинаю прикреплять его к каждому угловому столбу в изголовье кровати.