— Почему бы вам двоим не обратиться к психотерапевту? — рычу я.

— Потому что мы не пытались покончить с собой.

— Я не самоубийца! — рявкаю я.

Нет ничего из того, что я сделал, с чем я бы не мог жить. Может, я и не выбирал эту жизнь, но ещё в детстве решил извлечь из неё максимум. Я убил только одного человека, который не заслуживал смерти, но я не жалею об этом. Так было лучше для неё.

Кэштон приподнимает бровь.

— Ты уверен?

— Лорды думают иначе, — фыркает Сэинт.

Я закатываю глаза.

— Сколько раз мне это повторять? Я не…

— Помнишь, как ты оказался на полу с перерезанными запястьями? — Кэштон перебивает меня. — А вот я прекрасно это помню, поскольку именно я нашёл тебя, — его глаза прищуриваются, глядя на меня.

Он всё ещё злится на меня, потому что думает, что я пытался бросить его. У Кэштона проблемы с одиночеством. Но разве не у всех нас такие проблемы? Лорд растет в семье, обладающей большей властью, чем Бог, но при этом мы в буквальном смысле одиноки. Кэштон и Сэинт — единственные, на кого я могу положиться, и, хотя я не помню, как он нашёл меня практически мёртвым, я точно знаю одно: я бы никогда их не бросил. Не по своей воле.

— Так-то лучше, — радостно говорит Сэинт, разворачивая обнажённого парня лицом к себе.

Развернувшись к ним спиной, я поднимаюсь на лифте в свою комнату. Сегодня я не в настроении для всего этого дерьма. Подходя к «птичьей клетке» — этаж, на котором мы все живем, — я прикладываю большой палец к сканеру для доступа в свою комнату и захожу внутрь, с силой захлопывая дверь. Сажусь на край кровати и смотрю на своё запястье. Шрама не видно, потому что он скрыт под татуировкой. Я знаю, что он есть, хотя и не могу вспомнить, как он у меня появился.

— ХЕЙДИН?

Я слышу, как меня окликают по имени, но, кажется, откуда-то издалека.

— Хейдин! Что, блядь, ты наделал?

Снова раздражающий голос, но он звучит так знакомо.

— Давай, чувак.

Я просто хочу спать. Я так устал. Внезапно мне кажется, что мир сотрясается, а может сотрясаюсь я.

— Чёрт, Хейдин. Почему ты…

Кажется, они уходят, или, может быть, я, наконец, засыпаю.

Это не имеет значения. В любом случае, я обрел покой и тишину.

То смутное воспоминание о том, как Кэш нашел меня, было много лет назад. Это было после того, как Эштин сбежала, и мы закончили наши шестимесячные «тренировки». Лорды думали, что сломили меня, но, уверяю вас, это было не так. Нельзя наказывать кого-то и не ожидать получить то же самое в ответ.

Психологи говорят, что разум специально блокирует травматические воспоминания. А я считаю, что он просто предпочитает забывать то, что неважно. Кто знает, какой из вариантов на самом деле правильный.

Мне это не важно, а вот Лордам — да. Они уничтожат тебя за предательство клятвы, но, если ты захочешь убить себя сам… это уже другая история. Им не нравится, что ты хоть как-то распоряжаешься своей жизнью.

Ты принадлежишь им.

Ты живешь ради них и умираешь за них.

Как будто я доставлю им удовольствие, покончив с собой. Я просто не из таких Лордов. Я люблю заставлять других страдать. И если для этого нужно оставаться в живых, я сделаю всё, чтобы это произошло.

Поднявшись на ноги, я захожу в свою ванную комнату. Стягиваю рубашку через голову и бросаю её на пол. Наклоняясь, расстегиваю джинсы, но тут мой взгляд натыкается на моё отражение в зеркале.

Я выгляжу дерьмово. У меня тёмные круги под глазами, как, будто я не спал несколько дней. Так оно и есть, но это уже неважно.

Они хотят, чтобы я раскрыл все свои секреты симпатичной брюнетке. Хотят, чтобы я выложил свои слабости и недостатки, чтобы потом использовать их против меня. Это то, что делают Лорды. Они используют против тебя всё, что смогут найти. Я не буду этого делать.

В конце концов, она сдастся. Вероятно, быстрее, чем другие. Она выглядела невинной. Пара комментариев о том, как я хочу трахнуть её задницу и заставить её плакать, и она сбежит.

Если нет — то я подниму ставки. Я всегда готов принять вызов.

Шарлотта

Я лежу в слабо освещённой комнате, прикрыв глаза полотенцем. Слева от меня доносится успокаивающий шум водопада. Сегодня у меня день заботы о себе. Раз в две недели я прохожу массаж, процедуры по уходу за лицом и капельницу для гидратационной терапии.

Моя мама предложила мне это, когда пару лет назад я появилась на нашем ежемесячном бранче с таким видом, словно только что закрылось последнее СПА. Хотя дело не в этом — она напомнила мне, что я должна сама о себе заботиться. Она записала меня в свой любимый салон красоты и СПА — с тех пор я стала зависимой от этого.