— Ненавижу тебя! — закричала, и голос сорвался, дрожа от злости и отчаяния. — Ненавижу! Ты всё разрушил!

Мои удары становились все отчаяннее, но Джейсон стоял, неподвижный, как скала, и просто наблюдал за мной. Он даже не пытался уклониться или остановить меня. И это бесило еще больше.

Слезы брызнули из глаз, обжигая лицо, но ему было всё равно.

— Ты можешь ненавидеть меня сколько угодно, — начал с холодным триумфом в голосе. — Мне этого будет достаточно.

Мерзавец легко перехватил тонкие запястья, словно я была маленькой, беспомощной. Хватка стала крепкой, но не болезненной. Он просто держал меня на месте, не давая вырваться. Я пыталась сдержать новый поток слез, но не вышло.

Замерла, глядя в его глаза, и поняла: он говорит правду. Моя ненависть только подпитывает его. Он не хотел любви, ему было всё равно на мои чувства, на мои слезы. Ненависть, страдание, боль — ему этого будет достаточно.

— Нет...

Он резко подхватил меня, словно я ничего не весила. Мощные руки крепко сжали талию, и прежде чем я успела среагировать, меня оторвали от земли. Истерично забилась в его руках, яростно пытаясь вырваться, но он даже не шелохнулся.

— Отпусти! — закричала, но он не обратил внимания.

Я царапала его руки, била ногами, но все бесполезно. Он двигался вперед.

На улице Джейсон открыл дверцу машины и грубо затолкал меня внутрь, как куклу. Я попыталась отползти, но он оказался рядом в долю секунды, захлопнул за собой дверь и крикнул водителю:

— Поехали.

Повернулась к водителю, сердце колотилось от страха, и закричала:

— Помогите! Он меня похитил! Остановите машину! Пожалуйста!

Но мужчина даже не взглянул в мою сторону. Только усмехнулся. Холодная, безразличная усмешка, как у человека, которому абсолютно всё равно, что происходит.

Джейсон не дал мне договорить. Резко закрыл мне рот ладонью, крепко прижав мою голову к своей груди. Его лицо было близко, слишком близко.

— Не делай хуже, Адель, — прошептал хриплым голосом, и в нём не было ни капли жалости. — Чем больше ты сопротивляешься, тем хуже будет для тебя.

Я задыхалась от смеси ярости и ужаса. Я не могла двинуться. Его руки держали меня крепко, и каждый мой порыв вырваться только укреплял его хватку.

— Куда ты меня везешь?

Джейсон, не отводя взгляда, чуть наклонился ко мне, его губы растянулись в хищной, едва заметной улыбке.

— Пора показать тебе твой новый дом, — произнес тихо, но в его словах чувствовалась пугающая уверенность. Казалось, этот дом станет моим заключением, клеткой, из которой не будет выхода.

Я сжала кулаки, зубы стиснулись от бессильной ярости. Голова закружилась, но страх постепенно сменялся чем-то другим. Гневом, холодным, как лёд, отравляющим каждую мою мысль.

— Я убью тебя, — прошептала, едва слышно, но каждое слово было пропитано ненавистью. — Обязательно убью.

Его взгляд замер, губы дрогнули в ухмылке.

— Попробуй.

Хочется зажмуриться и представить, что это просто очередной страшный сон. Вот сейчас я проснусь и окажусь в своей маленькой, убогой квартире на третьем этаже. Но, чёрт возьми, это реальность. Грязная, уродливая реальность, в которой я снова оказалась не по своей воле.

Я смотрела в окно, пытаясь сообразить, куда меня везут, но из-за тонированных стекол ничего не было видно. Машина резко вильнула, и я ударилась о дверь, прикусив губу.

Как всё могло выйти так глупо?

Как он умудрился провернуть всё это?

— Похищение, Джейсон. Ты реально поехавший. Ты не можешь так со мной поступать.

Его губы слегка приподнялись в насмешливой улыбке.

— Уже поступил.

Ненавижу….От этой наглой уверенности в его тоне к горлу подступила тошнота. Ну конечно, сукин ты сын. Ты всё можешь. Ломать, калечить, уничтожать — всё, что только пожелаешь.

Одинокая слеза скатилась по щеке, но я быстро смахнула ее. Я не дам ему эту победу. Никогда.

— Что ты собираешься со мной делать?

— А ты как думаешь? — Он посмотрел на меня. Глаза в глаза. Сумасшедший. А мне-то откуда знать, зачем я здесь? — Верну тебя туда, где тебе всегда было место. Рядом со мной.

Я стиснула зубы, чувствуя, как сердце колотится в груди. Слова застряли где-то в горле. Хотелось кричать, бить его, но это не имело смысла. Он словна стена — не пробить.

Машина остановилась, и вокруг воцарилась тишина.

Джейсон вылетел из автомобиля, хлопнув дверью так сильно, что у меня внутри всё сжалось. Я сидела, стиснув кулаки, чувствуя, как ненависть бурлит внутри. Хотелось просто исчезнуть, убежать, но это бесполезно.