— Мне всегда помогает. Просто волшебное средство. Вам сразу станет легче.

— Убери свои идиотские таблетки. Тоже мне, врач выискалась.

Выбила коробочку у меня из рук и принялась снова рыться в своей сумке.

— Черт. Я же помню, что клала их сюда. Или в ящик. Чеееертт! Нигде нет!

Жмет трубку к уху.

— Мне выходить надо. Что? Мам! Не знаю я!

Потом повернулась ко мне:

— Давай свои таблетки. Если подсунешь мне какую-то дрянь, я тебя закопаю!

Никакой дряни. Всего лишь успокоительное, оно оставит воспоминания о том, что стало намного легче… И захочется принять его снова. В крови он будет виден, как наркотическое вещество.

Выскочила из дома, а я вернулась к столу и протянула Мати ложку с манной кашей.

— Давай. Это за Нини.

Нащупала пульт от телевизора и включила канал новостей. Через какое-то время вышел блиц-выпуск, где во всей красе полицейские вели Альвареса в участок, а диктор взволнованно говорила в микрофон:

— Неслыханный скандал… Прокурор получил по электронной почте некие улики, указывающие на причастность Арманда Альвареса, бывшего нападающего Эспаньол, к смерти его друга Сантоса, который погиб несколько дней назад в своей квартире от удара током. Мы сейчас ожидаем под полицейским участком и уже через несколько минут будем знать выдвинуто ли Альваресу обвинение в убийстве.

Я знала и без них — оно будет выдвинуто.

Потом предложила Мати еще ложечку каши, а сама набрала номер по памяти.

— Ну что там?

— Скоро буду на месте

— Хорошо. Вы знаете, что делать.

— Даже не сомневайтесь!

— Я знала, что вы самый лучший, Мануэль.

— Конечно, знали… иначе не платили бы мне такие бешеные деньги.

Это была какая-то нездоровая херня, то, что с ним происходило. Нечто из разряда ледяной глыбой по темечку да так, чтоб кровь пульсировала в каждом сосуде от шока. Как какой-то дурной сон, который никак не заканчивается. И этот следователь, который сидит перед ним с листочком бумаги и обгрызанным колпачком на шариковой ручке, тоже сюрреалистичен. Хлопнуть в ладоши, и он пропадет… Но плюгавенький сутулый мужчина в штатском никуда не исчезал. Он продолжал сидеть на своем месте и что-то черкать в блокноте.

— Вы сказали, что не посещали в тот день Сантоса, но на камерах наблюдения в его доме видно, как подъезжает ваша машина, а потом вы поднимаетесь по лестнице. Это же вы?

Он ткнул своей ручкой в экран старого ноутбука.

— Да. Это я. Я просто забыл, в какой день был у него.

Признал Альварес и нервно дернул воротник рубашки. Посмотрел на часы. Мануэль задерживался. Приехала Каролина, но ее, естественно, не впустили. Он слышал писклявый голос, вопли и ругань. С таким же скандалом она оттуда и уехала. Посветила перед камерами, поплакала и решила переждать дома.

— Значит, все-таки это вы.

— Я не понимаю, какого черта меня задержали! Сантос погиб из-за несчастного случая. Какое отношение это имеет ко мне, даже если я его и навещал в тот день?

— Не просто навещали. Вы поскандалили. И этот скандал был слышен на весь этаж.

— И? В чем именно вы меня обвиняете?

— Пока ни в чем. Пока мы хотим разобраться.

— Разобраться?

— Да! Заключение после вскрытия изменило картину, и у нас есть все основания полагать, что смерть Сантоса была насильственной. Его вначале ударили по голове. Потом утопили в ванной и лишь после этого бросили в воду фен с надорванным кабелем.

И смотрит на Арманда, явно ожидая реакции на свои откровения. Как будто нарочно выложил все карты, чтобы сбить преступника с толку.

— Ко мне это имеет какое отношение?

— То есть вы сейчас даже не удивлены?

Альварес зажмурился и попытался успокоиться. Значит он, по мнению этого придурка, должен был удивиться? Надо ждать приезда Мануэля. И молчать. Не ввязываться в дискуссии. Они все могут использовать против него. Каждое слово.

— Я удивлен. Поверьте. Я более, чем удивлен. Дальнейшую беседу я продолжу только в присутствии моего адвоката.

Следователь раздраженно выронил ручку и хлопнул крышкой ноутбука. Потом открыл папку и нервно разложил перед Армандом фотографии мертвого Сантоса.

— Это, чтоб вам лучше думалось. Посмотрите внимательно… вдруг что-то вспомните.

Вышел, оставив Альвареса одного в комнате. Арманд склонился над столом, рассматривая фото и прекрасно понимая, что за ним сейчас наблюдают. Опять ждут его реакцию, записывают или что они там делают за тем стеклом?

Да, он приезжал к Сантосу, и они повздорили. Сильно повздорили. Альварес даже заехал тому по зубам, и на костяшках пальцев до сих пор остались ссадины. Но он его не убивал. Хотя очень хотелось. Например, приложить мордой о стену. Раз десять.

— Тебя не возьмут ни в одну сборную! Я позабочусь об этом!

— Поздно. Уже взяли.