Момент истины после ужаса, который он сотворил со мной. Горло до сих пор першило и саднило после грубых вторжений, болело небо. Я вздрагивала от гадливости, когда вспоминала, как он жадно и грубо брал мой рот. Он насиловал его без малейшей жалости. И он прекрасно понимал, что причиняет мне страдания. Нет… я не видела ни его органа, ни его лица. Плотная завеса перед глазами, и только ощущение поршня во рту и безжалостных рук на затылке, пока толкается в самую глотку, вызывая спазмы.

Но я решила терпеть. Я решила, что старая ворона права – я должна терпеть, я должна быть покорной и заставить его разочароваться, заставить остыть ко мне. Такие, как он, загораются ненадолго. И нет, здесь вряд ли поможет соблазнять…это не та тактика, потому что этот мужчина сосредоточен только на себе, на своих желаниях, на своем удовольствии, и удовольствие женщины его волнует в последний момент. Он получает оргазм от ее страданий.

Вспомнила, как старуха пришла ко мне, и мое сердце забилось прямо в горле от страха. Эта женщина внушала суеверный ужас. Высокая, худощавая с вытянутым лицом, довольно привлекательным для ее возраста, ухоженным, холеным. Волосы скрыты под хиджабом, красиво повязанным на ее голове и украшенным брошью с дорогими камнями. Черные глаза подведены карандашом, ресницы накрашены, брови красиво изогнуты. Ведьма следит за собой. Она одета во все черное, как будто соблюдает траур. На ней элегантное платье чуть ниже колен, на шее золотые цепочки разных размеров, украшенные кулонами в виде полумесяцев.

В ее глазах я увидела адскую ненависть. Не неприязнь, не отчуждение, а именно черную и страшную враждебность, словно она меня знала и ненавидела за что-то конкретное. Вот почему я ей поверила и поняла, что она говорит правду – она хочет от меня избавиться.

Что ж, я тоже мечтаю избавиться от них всех.

Превозмогая спазмы и отвращение, глотая его семя и слезы, я сумела заставить его обернуться и ответить мне. И это было впервые – заинтересованность в его взгляде и растерянность. Он не ожидал, что я спрошу. О его дочерях. И мне вдруг показалось, что раньше никто и не спрашивал.

Я хочу…хочу познакомиться с ними. Приблизиться и понять, какие они – дети, к которым неравнодушен самый жуткий человек из всех, кого я когда-либо знала.

В этот момент в дверь постучали, вначале негромко, а потом очень сильно и требовательно. Я встала с постели и не спеша подошла и отворила. На пороге стояла Лами – жена Рамиля. Она грубо оттолкнула меня в сторону и вместе со слугами вошла в мою спальню.

– Обыскать! Перерыть здесь все!

– Что вам нужно? – вскрикнула я, закрываясь руками и видя, как зыркают на меня слуги.

– Не твое дело! Пошла вон!

Прикрикнула на меня молодая женщина и высокомерно вздёрнула подбородок.

– Как вы смеете врываться ко мне!

– Значит есть причина! Лучше помолчи…Хотя нет, лучше скажи мне, какой сукой и тварью надо быть, чтобы прыгнуть из объятий сына в объятия к его отцу?

Она приблизилась ко мне, осматривая с ног до головы. Худая, высокая, с миндалевидными карими глазами, длинноватым носом с горбинкой, резко очерченным скулами и крупными губами. Она казалась одновременно и красивой, и грубоватой. Ее верхняя половина тела казалась более длинной по сравнению с нижней. Казалось, что у нее почти нет груди и весьма крутые бедра.

Зато очень длинная шея, на которой красуются ожерелья из натуральных камней.

– Отец будет побогаче, да? Хитрая лживая неверная!

– А сын сойдет, если отец тебя отверг?

– Тыыы! – зашипела она и сделала шаг ко мне, но я даже не подумала отодвинуться в сторону.

– Ты временное явление! Ты просто ошибка и…очередная. Третья по счету. Поняла, кто ты?

– Ты злишься, потому что третьей хотела быть ты?

Замахнулась, но я перехватила ее руку и оттолкнула от себя.

– Уходите из моей комнаты! – тихо сказала и указала ей на дверь.

– Вначале мы найдем то, что ты украла!

– Что?

Я посмотрела, как слуги переворачивают мои ящики, роются в шкафах.

– Я ничего ни у кого не воровала. Что за бред?

– Алчная дрянь, такая, как ты, способна на все!

Я смотрела, как они продолжают выкидывать все на пол, как перетряхивают аккуратно сложенное постельное белье, заглядывают за шторы. И вспоминаю, как Азиза рассказывала мне о Лами.

«Хотеть выйти за хозяин. С детства была обещана в жены. Но хозяин отказать в последний момент и взять потом тебя, а ее выдать за Рамиля.

– Почему отказал?

– Этого никто не знать. Господин захотеть тебя.

– Лучше бы ее хотел… а меня оставил в покое