Пока шла домой, сердце в камень превратилось. И мысли терзают, душат. Что такое любовь? Из чего она состоит? На чем держится и из чего пускает ростки? Ведь я ему доверяла, я любила его. Пусть раньше не так, пусть глупая и молодая была и так любить не умела, но ведь единственным у меня был. Душу всю ему отдавала. Считала первый и навсегда…даже с Денисом не могла и не хотела. Казалось диким, что кто-то другой тронет. Как красиво все у нас было, волшебно. Не так, как у других. Сергей с завода уволился и в армию пошел на контракт, я в бухгалтерию. Он с работы меня встречает…первые полгода каждый день. Потом с вечерней смены.

Как я раньше думала, что изменяют тем, кто сами виноваты, тем, кто сами заслужили. Они ведь мужу не угождали, у них секса неделями не было. А у меня ведь не так все. Мы же с Сережей счастливы.

Сейчас вспоминаю, как по ночам не приходил и говорил, что бизнес и в город другой ездить надо… а сам к ней ездил. Теперь я точно знаю, что к ней, и когда о разводе сказал, тоже к ней собрался.

И перед глазами лицо ее белокожее, с золотистыми крапинками, с глазами зелеными. Как я столько времени не знала, не чувствовала. Как такое может быть, что живешь с человеком, любишь его, доверяешь, а на самом деле ни черта о нем не знаешь. На самом деле он тебе совершенно чужой. Говорит тебе ласковые слова, покупает подарки, а в тот же момент все то же самое говорит кому-то еще, ночует где-то, ест борщи, и чьи-то дети называют его папой.

«Васенька недоношенным родился. Я тогда сильно нанервничалась. Это был период, когда Сергей опять к тебе вернулся…Месяцами к нам не приходил. Я с животом огромным, Ксюшка помогает мне девятилетняя, а он…он телефон отключил и дома сидит. Сын родился, а он и знать не хочет…Дозвонилась тогда только через неделю. А он…он не приехал. Поздравил и все. По телефону. На сына пришел смотреть только через три месяца, когда вы с ним поссорились».

Вернулся ко мне? Так то он от меня и не уходил. У нас вроде как все хорошо было. Мы и не ссорились почти никогда.

А теперь я узнаю, что у нас все было плохо и что мне регулярно изменяли…да ещё и жили на две семьи. Это смешно. До истерики, до судорожных, панических слез. Как в плохом анекдоте или в каком-то идиотском сериальном мыле. Слепая, тупая жена и несчастная, вечно ждущая от этой суки, бедная любовница ещё и с дитем на руках.

Я думала об этом, и внутри просыпался торнадо, адский вулкан, дикая смесь боли, ярости и ненависти. Вперемешку с неверием. Мое счастье, мое бывшее такое идеальное и красивое счастье развалилось, и вдруг из щелей полезли черви. А не были мы счастливы. Это я была, я верила, я, как дура хотела быть счастливой и жила в этой дурацкой иллюзии.

И если вначале я ей не верила, если вначале я думала, что эта женщина врет, что она нарочно появилась, чтобы разрушить мою жизнь, то сейчас, отматывая все назад, открывая заново каждое событие, каждый жест, каждое опоздание, грубость, исчезновение и внезапные поездки, я вдруг начала понимать, что это на самом деле правда. У Сергея была любовница…

Домой пришла, шатаясь, как пьяная, а он мне дверь открыл, в прихожую тянет, шубу снимает.

— Замерзла? Бледная такая…

А я в карман руку сунула и фото ему в лицо ткнула.

— Ты знаешь кто это, Сергей? Это твой сын. Его Васей зовут!

— Кто это?

Переспросил, прищурив глаза, пристально глядя на фото.

— Я уже сказала, твой сын — Вася. От некой Лены Веретенковой, с которой ты…

— С которой я встречался до тебя!

Сказал с нажимом, перебивая, посмотрел многозначительно на соседскую дверь и втащил меня в квартиру.

— Мы теперь отношения выясняем в коридоре?

— Мы теперь с тобой вообще ничего выяснять не будем. Я все знаю. Я хочу, чтобы ты собрал свои вещи и убрался отсюда.

Мой голос предательски дрожал, я не могла держать себя в руках, меня всю трясло только от одной мысли, что он с ней…все то время, когда я, как идиотка любила его, пыталась угодить, пыталась быть хорошей женой. Все то время он был с ней!

— Повторяю еще раз — с Ленкой я был до тебя!

— Ложь!

Толкнула его в плечи изо всех сил.

— Зачем ей тогда выслеживать меня и…и говорить о ребенке. Я видела ее мальчика, видела! И ее видела. Не врет она. У тебя было с ней. Ты…ты ходил к ней до самого отъезда…последнего. Ждал с ней ребенка! Зачем ты так мерзко лжешь?

Я говорила и толкала его в плечи, не могла остановиться.

— Зачем мне лгать?! Я сказал — не было ничего и ребенок не мой! Ясно? Видеть ее не видел после нашей свадьбы, а если и видел, то не общался так точно!

Говорит отрывисто, убедительно, четко. Мне хочется ему верить…так сильно хочется верить, но я не могу. Это война с самой собой, непрекращающаяся с самого его возвращения, этот бой насмерть с собственной гордостью, с воспоминаниями, что он хотел уйти от меня и не скрывал этого. Шагнул ко мне, чтобы стать совершенно вплотную и сдавить мои плечи горячими руками.

— Катенок, ты меня слышишь? Понимаешь, что я тебе говорю? ОНА — ПУСТОЕ МЕСТО, НИЧЕГО ДЛЯ МЕНЯ НЕ ЗНАЧАЩЕЕ! Так понятно?