– Не стрелять без моей команды – пусть эти твари повылазят из кустов. Мы и так до хрена патронов истратили.

Я бросила взгляд на Лису и приподняла закованные руки, кивнула в сторону солдата, стоявшего ближе всех к решетке – у него за поясом виднелся ствол помимо винтовки в руках. Я могла бы просунуть руки и зажать ему горло… но это могло сработать, если бы кто-то из нас оказался снаружи.

– Нет. Не выйдет, – сказала Лиса и отвернулась, всматриваясь в темноту. Затишье. Временная передышка перед новой волной. Я это понимала. Знала, что означает вот такой перерыв – противник собирается с силами или готовит ловушку. Хорошо это или плохо – одному дьяволу известно.

– Сколько нас?

– Пятнадцать, не считая Хена и водилы. Троих потеряли.

– Так и будем стоять? Может, они уже ушли.

– Черта с два. Затаились. Неон хитрая мразь. Если напал, значит, пойдет до конца.

– Думаешь, ему нужен грузовик?

– Нет, думаю, ему нужно то, что в грузовике.

– Так он не знает, что мы перевозим.

– Если только не увидел трансляцию. Мы не исключаем, что ублюдок уже давно захватил пункт управления у северной стены. Слишком часто оказывается там, где не должен.

– Либо кто-то из наших стучит.

– Тоже верно. Надо проверить, может, и правда свалили. Недавно мы хорошо их потрепали. У Нео так уж много людей сейчас. Он не станет рисковать своими солдатами, они могли понять, что им нас не осилить, и уйти.

– Как, блядь, проверить?

– Эй, Свифт, иди к кабине и доложи Хену обстановку. Скажи, что мы думаем – мятежники ушли.

– Ну ты и…

– Заткнись. Пусть проверит. Не то до утра торчать тут будем, а я жрать хочу и трахаться. Хен обещал всем скормить сегодня на пробу очкастую и синеглазую. Белобрысая так себе. Худая слишком и сиськи с дулю. У меня даже не встал, не люблю со всеми.

– Привередливый какой. А мне б любую, и по хрен с кем, лишь бы дырки все на месте имелись, и мне одна свободная досталась.

– Я свой не на помойке нашел, чтоб в каждую шлюху им тыкать. А вот синеглазая мне в самый раз… я б ее.

– Хен сам на нее глаз положил. Наиграется и тогда нам отдаст. Решим, кому это мясцо достанется. Разыграем, как и всегда. Ты мне, кстати, задолжал, если помнишь.

Снова шаги и голоса возле кузова. А я ощущаю в тишине все то же напряжение. Не ушел Неон. Я это кожей чувствую. Выжидает он. Нападет, когда меньше всего ожидать будут.

– Чисто. Никого нет, – донесся чей-то голос.

– По местам. Трогаемся дальше. Кажется, твари отступили.

Я усмехнулась уголком рта. Он бы не отступил никогда. Если только это не была его стратегия. Обернулась на девушку в очках и мысленно выругалась, она была мертва. Осколки разбитых очков торчали из её левого глаза, а лицо залило кровью. Выдернула осколок из тела, повертела в пальцах, разглядывая его и чувствуя, как пульсирует в мозгу сумасбродная идея. Посмотрела на Штыря и на Молчуна, прищурилась и приложила окровавленный палец к губам. Штырь тут же отвернулся. Кажется он сдулся насчет того, чтобы стать моим покровителем.

– У нас здесь труп, – крикнула я и, бросив взгляд на Лису, кивнула на конвой. Подняла два пальца и потом жестом показала на себя, а потом на нее и изобразила пистолет, бросила ей стекло. – Уберите его отсюда.

– Да! Мы не будем ехать с мертвецом, здесь все в крови.

– Заткнитесь, суки.

– Она по всему кузову катается, пачкает пол мозгами. Убери-и-ите её, – Лиса завизжала, а я вместе с ней. – Я трупов бою-у-усь.

– Вот твари. Свифт, Бари, гляньте, что там у них по полу катается..

Лязгнул замок на клетке, и двое конвоиров залезли в кузов, склонились над трупом.

– Хен, они не врут, одну пуля задела. Дохлая. Дохлее не бывает. Что с ней делать?

– Выбросьте на дорогу и поехали.

Едва они приподняли труп девушки, как мы с Лисой набросились им на спины. Я перекинула скованные руки через голову конвоира и зажала ему горло. Началась возня, он судорожно дергал ногами, пытаясь освободиться, а я, вжимаясь спиной в решетку, давила все сильнее. От напряжения болел каждый мускул. Я зажмурилась и стиснула челюсти, слыша, как хрипит ублюдок, судорожно вскидывается от последних конвульсий мучительной агонии. Открыла глаза и увидела, как Лиса полосует горло второго ублюдка осколком от очков, так же глядя на меня. Тот хрипел и захлебывался кровью, а Штыря выворачивало на пол всем, что он съел вчера, а может и позавчера.

– Что вы там возитесь? Выбросили труп? Или вы его там трахаете?

Я перевернула одного из конвоиров, ощупывая его карманы в поисках ключа-магнита и оружия. Пусто. Чтоб его. Пусто! Отрицательно качнула головой и Лиса, обыскав «своего». Внезапно снова раздались выстрелы, грузовик дернулся с места, быстро набирая скорость.