Я прижала руку Саши к своему лицу, позволяя горячим слезам стекать по щекам. Как теперь мне доверять хоть кому-то, когда всё, что я знала, оказалось ложью? Как мне понять, где правда, а где — искусно сплетённая сеть манипуляций? Всё, что я чувствовала сейчас, — это глубокая, бездонная пропасть внутри. Я снова ощущала себя маленькой девочкой, потерянной в этом мире.

Но мне нельзя было сдаться. Не сейчас, не тогда, когда дети нуждались в моём защите больше всего. Мой взгляд упал на Сашино лицо, такое мирное, как если бы весь этот хаос не касался его. Но я знала, что он тоже страдал. Страдал от того, что произошло. Этот мир был несправедлив к нему. И мне нужно было защитить его. Только вот от кого?

От Амира, который рассказал мне все эти страшные вещи? Или от Ахмада, который признался в них?

Я не знала ответа. Слёзы больше не помогали. Весь мир был полон серых теней. И я больше не понимала, где свет, а где тьма. Ахмад. Каждая мысль о нём теперь причиняла мне острую боль. Я не могла смириться с тем, что он просто признал правду. Ему было всё равно, как будто его не терзали ночные кошмары о том, что он сделал. Не было ни одного извинения, ни одного слова раскаяния. Я ожидала этого, хотела услышать хотя бы каплю сожаления… Но нет. Всё, что я получила, — это холодное подтверждение, что он разрушил мои самые важные связи в жизни.

"Я ненавижу тебя…"

Эти слова, что я выкрикнула в гневе, эхом раздавались в моей голове снова и снова. Но ведь я говорила правду, не так ли? Я действительно его ненавидела. Ненавидела его за каждую потерю, которую я понесла из-за его решений, его жестокости. Он сломал мою жизнь. И я не могла больше смотреть на него, как на человека, который когда-то спасал меня.

Я услышала тихий стук в дверь. Молодая няня, заботившаяся о детях, робко заглянула в палату.

— Госпожа Виктория, — её голос был тихим, едва слышным. — Всё в порядке?

Я закрыла глаза на мгновение, пытаясь привести в порядок мысли. Что я могла ей сказать? Что я стою на краю обрыва, не зная, куда идти?

— Всё в порядке, — ответила я, хотя в моей голове звучали совсем другие слова.

Она кивнула и ушла, оставив меня в одиночестве. Мне хотелось просто закрыть глаза и спрятаться от всего этого. Но я не могла. Я не имела права сдаваться. Я должна была бороться, хотя бы ради Саши. Ради Миши.

Ночью я не спала. Слова Амира крутились в моей голове, переплетаясь с признанием Ахмада. Я чувствовала себя, как тряпичная кукла, которую разрывают на части с двух сторон. Амир… он дал мне правду. Но эта правда была такой горькой, что я не могла её проглотить. Ахмад — он признал всё, но в его словах не было раскаяния. Это был удар в сердце.

Я лежала на постели рядом с Сашей, чувствуя его ровное дыхание. Он был моим якорем в этом мире, который вращался, как ураган. Но что, если я тоже потеряю его? Как я могу защитить его, если я больше не уверена ни в чём?

Мои мысли были как бесконечный лабиринт. Я не могла выбраться из этого хаоса. Всё вокруг было разрушено. И я не знала, как собрать осколки.

"Я ненавижу тебя…"

Эти слова эхом звучали в моей голове. Я ненавидела Ахмада. Ненавидела за то, что он сделал. Но, глубоко внутри, я чувствовала, что ненавидеть его недостаточно. Эта ненависть не приносила облегчения. Она лишь добавляла тяжести.

Вика ненавидит меня. Эти слова сверлят сознание, раздирают душу, как осколки стекла, которые застряли глубоко внутри и не дают дышать. Я чувствую, как с каждым днём эта ненависть становится крепче, холоднее, превращается в стену, которую уже невозможно пробить ни силой, ни лаской. Я был готов к её гневу, но не к этой ледяной пустоте, которая осталась после каждого нашего столкновения. Она не просто оттолкнула меня — она сделала это с такой яростью, что я сам чуть не раскололся на осколки. Но Вика имеет на это право. И я должен признать это, даже если это лишает меня возможности дышать. Она права. Всё, что она мне сказала — правда. Я отнял у неё всё. И самое страшное в этом — я не могу отрицать ни одного её слова. Я не раз думал, что справлюсь с любой правдой, но эта — непреодолима. Вика была для меня светом в этом мраке, который окружал мою жизнь, но теперь я стал её тьмой. Её врагом. Я разломал её, и теперь она смотрит на меня, как на чудовище, которым я всегда и был. А ведь только Вика всегда видела меня другим…только она прикасалась к моей душе кончиками пальцев и выдирала меня из моего ада. Только с ней я перестал нуждаться в боли. Только с ней я стал настоящим мужчиной.