— Алена… — я почти не слышала своего голоса. Это имя, которое я так долго не произносила, разрывает меня изнутри. — Она… она была беременна? Почему он… почему никто мне не сказал? Почему нигде в доме нет упоминания о ней…Как он мог все это скрывать?

Амир наклонился ближе, его голос стал ещё тише, словно он делился самой страшной тайной.

— Ахмад не хотел, чтобы ты знала. Он думал, что ты не выдержишь, — его слова были мягкими, словно забота, но я чувствовала, как за ними кроется нечто тёмное, пугающее. — Алена умерла из-за него. Он заставил её носить ребёнка, зная, что её сердце не выдержит.

Моё дыхание стало сбивчивым. Мне казалось, что я вот-вот задохнусь от тяжести всего этого. Ахмад… Этот человек, которого я пыталась понять, к которому пыталась тянуться, вдруг стал для меня воплощением всех моих страхов. Как он мог?

— Моя мать… — мои губы дрожали, я едва выговаривала эти слова. — Она умерла?

Амир кивнул, его лицо было исполнено грусти, и на мгновение я почти поверила, что ему действительно жаль меня.

— Да, Вика, твоя мать умерла вскоре после того, как узнала о смерти Алены. Её сердце не выдержало. Она не смогла перенести утрату обеих своих дочерей. Ахмад… он никогда тебе этого не скажет. Он скрывал это от тебя.

— Нет… — я замотала головой, как будто могла таким образом стереть все его слова, вернуть время назад. Но Амир продолжал, словно мои слабые протесты не имели значения.

— Он хотел держать тебя в неведении, — его голос был мягким, почти утешающим. — Ты для него была просто инструментом. Он думал, что если ты узнаешь, ты уйдёшь, сбежишь от него. Но я не могу больше молчать. Ты должна знать правду.

Моё тело трясло от страха, от холода, который проникал в каждую клеточку моего существа. Я хотела встать, убежать, спрятаться от этого кошмара, но не могла. Казалось, что весь мир вокруг меня стал чёрной пустотой, и только слова Амира держали меня на поверхности.

— Ты должна увидеть её могилу, Вика, — сказал он тихо, но его голос был настолько твёрд, что я поняла — у меня нет выбора. — Ты должна сама увидеть, что я не лгу тебе. Я могу отвезти тебя туда. Могила твоей сестры рядом с ее новорожденным ребенком. Они лежат вместе.

— Я хочу… Я хочу увидеть её, — выдохнула я. Это было как необходимость. Я должна была убедиться. Я должна была увидеть могилы своими глазами, чтобы понять, что это правда.

Амир кивнул, его глаза мягко светились в полумраке комнаты.

— Я помогу тебе, Вика, — сказал он уверенно, и в его словах было что-то такое, что заставляло меня поверить ему, несмотря на весь этот ужас. — Но ты должна быть осторожна. Ахмад никогда не простит меня за то, что я рассказал тебе правду. И он не простит тебя за то, что ты знаешь.

Мои руки дрожали, и я уронила фотографию Алены. Она упала на пол. Я была сломана. Но самое страшное — это была не просто ложь. Это был кошмар, в котором я жила все эти годы, не осознавая его.

Амир мягко взял мои руки в свои. Его прикосновение было удивительно тёплым, но холод в моей душе заморозил меня изнутри.

— Ты должна молчать, — его голос снова стал мягким, но теперь в нём звучала скрытая угроза. — Если ты подашь вид, что знаешь правду, он убьёт тебя. Понимаешь? Ахмад не позволит, чтобы ты узнала правду. Для него это смертельная угроза.

Моё дыхание участилось. Сердце бешено билось в груди. Я чувствовала, как страх затягивает петлю на моей шее. Я могла бы поверить, что Ахмад способен на это. После всего, что я услышала, я могла поверить во что угодно.

— Но я помогу тебе, — добавил Амир, его голос снова стал дружелюбным, вкрадчивым. — Я найду выход. Мы вместе справимся с этим. Ты не одна, Вика.

Его слова звучали как обещание, как спасение, за которое я готова была ухватиться. Я не знала, что делать, куда бежать. Весь мир передо мной разрушился. Но если Амир обещал мне помощь… возможно, я смогу выжить в этом кошмаре. Я кивнула. Мои руки дрожали, и я пыталась успокоить своё дыхание…Как теперь жить дальше? Что мне делать? Как не сойти с ума?