Вечером снова наливаю себе виски. Пью медленно, стараясь растянуть это ощущение забвения. Вспоминаю её лицо, её улыбку. Как всё это стало ложью. Как её предательство сжигало меня изнутри. Я снова чувствую ярость, но теперь она гаснет быстрее. Остаётся только усталость. Глубокая, непреодолимая усталость.

Проходит несколько дней. Сёстры заботятся обо мне, но я не реагирую. Мои мысли всё ещё в прошлом, в огне и пепле. Я пытаюсь найти смысл, но его нет. Жизнь стала чередой бессмысленных дней. Пью, чтобы забыть. Пью, чтобы не чувствовать.

Однажды ночью я выхожу на улицу. Холодный воздух обжигает лицо. Я смотрю на звёзды, но не чувствую ничего. Всё это – чуждо. Всё это – неважно. Моя жизнь – это пепел, и я не знаю, как это изменить. Я иду по улицам, пытаясь найти ответ. Но его нет. Только пустота и огонь внутри меня. Виталий звонит, спрашивает, как я. Я не отвечаю. Он понимает. Он знает, что мне нужно время. Но время не лечит. Время только усиливает пустоту. Я не знаю, как жить дальше. Я не знаю, что делать. Остаётся только идти вперёд, шаг за шагом. Но каждый шаг – это боль. Каждый шаг – это напоминание о том, что я потерял.

Возвращаюсь в дом, ложусь на кровать. Сёстры уже спят. Я смотрю в потолок, пытаясь найти смысл. Но его нет. Я закрываю глаза, надеясь, что сон принесёт забвение. Но даже во сне меня преследуют призраки прошлого. Алиса, её улыбка, её предательство. Всё это – как раны, которые никогда не заживут. Мне снится Шамиль и во сне он говорит…он говорит и убивает меня снова и снова.

«Ты предал меня, папа…Ты меня бросил… мне плохо…ты предатель…ты трус!»

Просыпаюсь в поту, всего трясет как в лихорадке. Теперь я уже пью для того чтобы быть нормальным… а не для того чтобы опьянеть. Потому что для опьянения теперь нужно нааамного больше.

Телефон на столе начинает вибрировать. Смотрю на экран — Аминат. Эта сука. Ненавижу её, но знаю, что она не отстанет. Отвечаю, грубо бросаю:

- Чего тебе?

Её голос холодный как лед, так бы и разодрал ей пасть и вырезал оттуда язык:

- Нам нужно встретиться, Марат. Это важно.

- Иди на хуй, — отвечаю, бросаю телефон на стол. Но через несколько секунд он снова вибрирует. Сообщение. Открываю и вижу фото. На нём одна из заключённых душит Алису. Руки начинают трястись. Всматриваюсь в посиневшее лицо и чувствуя как холодный пот катится градом по всему телу. Блядь. Сука. Долбаная, бешеная сука.

Сразу звоню обратно.

- Где и когда? — спрашиваю, стараясь держать голос ровным. Она смеётся:

- Через час, в вашем любимом с Шахом месте.

Я кидаю трубку и хватаю ключи. Тварь…специально выбрала это проклятое место! От одной мысли, что увижу эти стены начало тошнить.

Подъезжаю к заброшенному складу, где мыв последний раз слышал крики Алисы. Аминат уже там, её лицо выражает абсолютное спокойствие. Мерзкая змея. Придет день, когда я сдеру с нее кожу живьем.

- Что тебе нужно? — рычу я, приближаясь к ней. Она смотрит на меня, её глаза ледяные.

- Мне нужен ребёнок Алисы, — говорит она. - Она должна отказаться от него. Как ты это сделаешь, меня не волнует. Я хочу получить этого ребёнка. Иначе Алиса умрёт.

Я смотрю на неё, ярость накатывает волной. "

- Пусть умирает, я с ней развелся, она мне никто! — отвечаю я, голос полон презрения. - Мне всё равно!

Она усмехается, достаёт телефон и начинает набирать номер.

- Хорошо, я сейчас дам команду, чтоб ее хорошенько отымели бутылкой во все дыры, а потом прикончили. Пусть всё будет по-твоему.

Я рву телефон из её рук и швыряю его на землю.

- Только попробуй, сука!"— кричу, дрожа от ярости и бессилия. На меня направлены дула сразу двух пистолетов.

Аминат смеётся, её смех звучит как оскорбление.

- Марат, ты думаешь, что можешь что-то изменить? У меня достаточно денег, чтобы устроить ей адскую кровавую смерть. Ты этого хочешь?

Я хватаю её за горло, прижимаю к стене. Мне плевать на ее кобелей с пушками.

- Ты не понимаешь, с кем связываешься! — шепчу я, глаза налиты кровью.

Она смотрит на меня, её лицо искажено улыбкой.

- Алиса сдохнет, если ты не сделаешь, как я говорю. Выбирай или ты подчинишься мне или ее подчинят себе взбесившиеся суки лесбиянки.

Отпускаю её, отступаю. Внутри меня всё кипит. Хочу убить её, но понимаю, что пока это невозможно. Аминат все время смеётся, её смех режет по ушам.

- Ты знаешь, что делать, — говорит она, уходя.

Остаюсь один, мои мысли в хаосе. Алиса. Ребёнок. Внутри меня бушует огонь, но я знаю, что должен сделать выбор. Возвращаюсь домой, беру виски, пытаюсь забыться, но не могу. В голове только одно: как я могу спасти её? Да, тварь, да, шлюху. Да, уже не мою. Но, блядь, если она умрет я сойду с ума. Я перегрызу свои вены зубами. Ночь проходит в агонии. Утром, с больной головой, понимаю, что должен что-то делать. Беру телефон, набираю номер адвоката.