– Спасибо, Анжелика. Я всего лишь говорил то, что заповедовал нам Всевышний. Иисус умел прощать и прощал, он отдал свою жизнь за нас, – ответил я, чувствуя себя полным идиотом. – Я рад, что мои слова находят отклик в сердцах людей. Особенно в Вашем.

Добавил и понял, что это было лишним… Она вскинула голову, и наши взгляды встретились. Разве глаза могут быть настолько зелеными? Такой цвет существует?

Мы продолжили обсуждать дела церкви, и я не мог не восхищаться ее преданностью и стремлением помочь. Ее доброта и забота о других были настолько искренними, что я чувствовал себя грязным демоном с самыми похотливыми помыслами.

– Анжелика, вы делаете этот мир лучше, – сказал я, глядя ей прямо в глаза. – Ваша забота о других— это делает вас по-настоящему особенной.

Я бы прямо сейчас убрал твои волосы назад и, схватив тебя за подбородок и впился в твой рот.

Она снова смутилась и улыбнулась.

– Спасибо, падре. Для меня это важно. Моя семья уделяет много внимания благотворительности.

Я знал, что не могу больше оставаться рядом с ней, иначе рискую сказать что-то, что выдаст мои чувства.

– Простите. Мне нужно идти, есть дела, которые требуют моего внимания, – сказал я, пытаясь сохранить спокойствие.

Она отвела взгляд, заправила непослушную прядь за ухо, и у меня скулы свело от желания впиться зубами в эту маленькую мочку.

– Конечно, падре. Я тоже должна приступить к работе, – ответила она.

Я пошел к выходу. Внутри меня бурлили эмоции. Ее присутствие, ее голос, ее улыбка – все это наполняло меня какой-то бешеной, адской энергией и одновременно мучило. Я знал, что пока должен продолжать свою игру здесь, в этом маленьком городке, рядом с ней. Даже если это означало скрывать свои настоящие чувства. И выдать себя – это дьявольский провал. Лоретти станет искать. Он не поверит в мою смерть. Только не он. Должно пройти время прежде, чем он убедится, что я мертв. Любая брешь в репутации, сплетни, слухи, – все может дойти до него.

Выйдя из церкви, я сделал глубокий вдох, стараясь успокоиться. Мое сердце все еще билось быстрее, чем обычно. Я должен был найти способ справиться с этим, продолжать играть свою роль и не позволять чувствам захлестнуть меня. Но как же это было трудно, когда каждый день начинался и заканчивался мыслями о ней.

Но кто удержится… Кто сможет устоять? Падре Чезаре? Да… он на это способен. Но не Странник, который жаждет увидеть ее как можно скорее.

Погруженный в свои мысли, я вдруг услышал странные звуки за дверью своего дома. Это был тихий шорох, будто кто-то осторожно перемещался за порогом. Ощущение тревоги охватило меня. Вспомнив о своей прошлой жизни, я инстинктивно насторожился и подошел к двери. Моя рука замерла на ручке, когда я прислушался еще раз. Звук был едва уловимым, но достаточно явным, чтобы вызвать подозрение.

Я резко распахнул дверь и увидел знакомое лицо – Начо. Его щека была обожжена, и он выглядел усталым и изможденным. Этот человек когда-то был моим союзником, и теперь он стоял передо мной, уставший, измученный и потасканный.

– Из какой сраной канавы ты вылез? – спросил я, закрывая дверь и помогая ему пройти внутрь.

– Ого-го, как выражается наш красавчик падре!

Начо опустился на стул, его дыхание было тяжелым и прерывистым. Он потер обожженную щеку и посмотрел на меня с какой-то смесью боли и облегчения.

– Как ты меня нашел?

– Это долгая история, Альберто…

– Чезаре! – оборвал его я.

– Да… Чезаре… – начал он, его голос был хриплым от усталости. – После той аварии я думал, что это конец. Но мне удалось выбраться. Меня отшвырнуло далеко за кусты. Я пришел в себя, услышал вой полицейских машин и уполз к чертовой матери куда подальше от того места.

Я прятался где попало. Сбирро меня не волновали, больше – ублюдок Лоретти. Его шавки облазили все вокруг. Я передвигался только ночами, жрал что попало. Воровал в деревне курей и яйца.

– Пригодилась наша с тобой школа выживания на улице. Это было, как в старые времена, – сказал он с горькой усмешкой. – Только на этот раз я был не охотником, а добычей.

Он продолжил рассказ о своих приключениях, упоминая, как однажды чуть не попался, когда остановился в маленькой деревне, чтобы найти еды. Ему пришлось убежать, оставив все свои припасы. Засранец, а ведь ему круто повезло вытащить свой тощий зад из западни. И при этом не остаться голодным.

– И вот, когда я уже почти потерял надежду, я услышал от одного крестьянина, что в Сан-Лоренцо появился новый священник, красавец-блондин, по которому вздыхают все женщины городишка, – сказал Начо, его глаза блестели. – Я понял, что это должен быть ты. Решил рискнуть и добраться сюда.

– Ты охрененно везучий сукин сын.

– Да ладно. А ты у нас, значит, помазанник Божий? Не иначе сам Иисус тебя спас.

– Кто знает. Неисповедимы пути Господни, сын мой.

Мы оба рассмеялись.