– Это не просто грёбаная девственность, – шепчу я себе, облокотившись на подоконник. – Это её ценность. Её грёбаная святость, которая держит меня за горло.

Чистота, которую я не могу выкинуть из головы. Которую я хочу испортить, запятнать, забрать себе. Оставить внутри нее свои метки, мять окровавленные простыни после того как стану ее первым.

Я сжимаю кулаки, пытаясь выжечь из себя эти мысли. Но они только сильнее заполняют меня, вытесняя всё остальное.

– Ты отдашь это моему сыну? – произношу я вслух, почти рыча. – Ты даже не понимаешь, что делаешь.

Слишком молодая, слишком наивная, слишком… настоящая. Она не знает, что её ждёт. Она думает, что всё будет как в сказке. Что жизнь с Егором – это любовь, а не грёбаный фарс.

Но я знаю. Я знаю, как это всё закончится.

Я зарываюсь руками в волосы, чувствуя, как внутри всё закипает.

– Она должна быть моей. Только моей.

Эта мысль звучит так громко, что мне становится страшно. Я уже не контролирую себя. Я не хочу контролировать.

Я чувствую, как ревность взрывается где-то в груди. Больная, жгучая, разъедающая. Егор. Мой сын.

Чёрт.

Я готов послать к чёрту всё. Готов рассориться с ним, готов на войну, на всё, что угодно. Только бы знать, что эта девчонка не будет принадлежать никому другому.

– Ты не выйдешь за него, – шепчу я, глядя в пустоту. – Я не позволю.

В голове вспыхивает её образ. Её испуганные глаза, её дрожащие руки, её губы, которые я почти разодрал своими губами. Она ненавидит меня. Но её ненависть только сильнее притягивает меня.

Она моя. Только моя. И если я должен уничтожить всё ради этого… пусть так и будет.

Я сидел за своим столом, уставившись на экран монитора. Цифры, графики, отчёты – всё передо мной было размытым, пустым. Бессмысленным.

Пальцы сжимались в кулак так сильно, что ногти впивались в ладонь. В голове, вместо привычной чёткости, царил хаос. Огонь, который я не мог потушить.

Даша.

Я сжал кулаки ещё сильнее, чувствуя, как злость сжигает меня изнутри.

– Я не позволю этому мальчишке забрать её.

Этот брак, эта чёртова свадьба – её не будет. Моё дыхание сбилось. Грудь тяжело вздымалась, как после драки.

– Грёбаный ад, – выдохнул я, прижимая пальцы к вискам.

Егор.

Мой сын.

Я люблю его, как только отец может любить. Всё, что я делал, всё, чего добивался, – ради него. Ради того, чтобы он не повторил моих ошибок.

Но я готов потерять его. Готов разрушить наши отношения, если это будет ценой её свободы.

Смешно. Её свободы?

Она уже моя.

Я почти рассмеялся, но этот смех был сухим, резким, как скрежет железа.

– Что ты делаешь со мной, девочка? – вырвалось из груди, как хриплый стон.

Я не мог больше игнорировать это. Это желание, это чувство, которое разрывало меня на части. Её образ стоял перед глазами. Её голос, её запах. Она была во всём.

Моё сердце колотилось так сильно, что я чувствовал, как оно отдаётся в висках.

– Если я потеряю Егора, – произнёс я, почти шепотом, но в этих словах была вся моя ярость, весь мой ад, – пусть так.

Она не выйдет за него.

Я смотрел на свои руки, на пальцы, которые дрожали от сдерживаемой ярости.

– Даша, девочка моя, – прошептал я, чувствуя, как эти слова выжигают внутри пустоту. – Ты уже моя. Ты всегда была моей…Всегда…

Образ Ольги в моей голове сменился нежными чертами Даши. Она затмила собой воспоминания. Не будет как в прошлый раз. Убью, но не отдам!

Я поднялся с кресла, облокотившись на стол, тяжело дыша.

– Ты не станешь его женой. Я уничтожу всё, если придётся. Я сломаю этот грёбаный мир, но я не отдам тебя ему.

Эти слова стали моим обещанием. Обещанием, которое я собирался выполнить любой ценой.

– Ты уверен, что хочешь связать свою жизнь с этой девчонкой? – Мой голос звучал так резко, что даже я почувствовал, как в нём вибрирует гнев.

Егор стоял напротив меня, чуть наклонив голову, его взгляд был прямым, уверенным. Это бесило.

– Да, уверен, – его голос был спокойным, но в нём чувствовалась твёрдость, которую я сам в него вложил.

Я резко встал, облокотившись руками на стол.

– Ты хоть понимаешь, на что подписываешься? Она не для тебя, – слова срывались с моих губ как выстрелы. – У неё нет ничего общего с твоей жизнью.

– А это не твоё дело, – отрезал он, его глаза вспыхнули от злости.

– Не моё дело? – мой голос поднялся, почти крик. – Я твой отец! Ты собираешься жениться, черт возьми, на девчонке, которую знаешь едва пару месяцев! Ты не понимаешь, кто она!

– Я понимаю больше, чем ты думаешь, – он шагнул ко мне ближе, но его спокойствие было обманчивым. – И я её люблю.

Эти слова будто ударили меня в грудь. "Люблю." Он даже не знает, что это значит.