И он начал задавать мне вопросы, множество вопросов, которые никто не задавал. Вроде, казалось, он как психолог копается в моей голове… и я действительно вспомнила несколько имен и назвала их адвокату. Так же я вспомнила, что его человек уже в доме был свидетелем того как меня насильно закрыли в комнате.

Когда встреча подошла к концу, я поблагодарила его.

- Спасибо вам, — сказала я, глядя ему в глаза. - Я не знаю, как выразить свою благодарность.

Он улыбнулся:

- Лучший способ выразить благодарность — это не сдаваться. Я верю в вас, Алиса. Мы справимся.

После встречи я вернулась в камеру с новым чувством надежды. Ведьма ждала меня, и я рассказала ей о том, что сказал адвокат. Она слушала внимательно, её глаза блестели от гордости.

- Я знала, что он поможет тебе, — сказала она, когда я закончила. – Он не раз вытаскивал мою задницу из передряг.

Прошли недели, и я начала чувствовать, как моя жизнь меняется. Вениамин Валерьевич работал над моим делом, собирал доказательства и свидетельства. Я видела его не так часто, но каждый раз он приносил хорошие новости. Мы нашли нескольких людей, которые имели зуб на Шаха. Он выгнал их, оставил без денег, кого-то сильно избили. Двое согласились дать показания. Деньги действительно умели открывать и закрывать рты. Деньги Рады…

И в голове промелькнула мысль, что это должна была быть не Рада, а Марат. Это ради него и его сына я пошла в логово к Шаху. Из-за него я сижу в этой тюрьме.

Да, он взял вину на себя…Неужели он решил, что на этом все? Что больше он ничего мне не должен и бросил меня вот так. Без денег, без поддержки. Если первое время я искала ему оправдания, то потом у меня их не осталось.

Каждый раз я рассказывала о наших успехах Ведьме. Она слушала внимательно, её глаза блестели от гордости.

- Ты молодец, Алиса, — говорила она. - Я вижу, как ты меняешься. Ты становишься сильнее с каждым днём.

Её слова были для меня важны. Я знала, что она верит в меня, и это давало мне силы. Однажды вечером, когда я сидела в камере, ко мне подошла одна из заключённых.

-Я слышала о твоем деле, — сказала она. - Я знаю, кто может помочь. Моя сокамерница, она была любовницей Шаха, он издевался над ней и насильно держал в своей квартире. Она готова дать показания. Не бесплатно, конечно. Но готова.

Моё сердце забилось быстрее. Это был еще один шаг к нашей победе. Я поблагодарила её и передала информацию Вениамину Валерьевичу.

Мы встретились с этой женщиной, и её показания были решающими. Она рассказала, как Шах хватал женщин в рабство, как делал из них своих секс-рабынь, сажал на наркоту. Её слова подтвердили мои рассказы, и я чувствовала, как наши шансы на успех растут. Вениамин Валерьевич был доволен.

- Мы на правильном пути, — сказал он. – Наши шансы растут.

Прошло несколько месяцев, и я начала готовиться к суду. Вениамин Валерьевич объяснил мне, что ожидать и как себя вести. Я знала, что это будет тяжёлое испытание, но я была готова. Ведьма поддерживала меня, её слова и советы были неоценимы.

- Ты уже другая, Алиса, — говорила она. - Не забывай об этом.

День суда настал, и я чувствовала, как внутри всё сжимается от волнения. Вениамин Валерьевич был рядом, его присутствие вселяло уверенность. Я вошла в зал суда с высоко поднятой головой, готовая бороться за свою свободу. Мы представили все доказательства и свидетельства, которые собрали. Вениамин Валерьевич говорил уверенно, и его аргументы были неоспоримы.

Суд длился несколько дней, и каждый раз, когда я возвращалась в камеру, я чувствовала, как силы покидают меня. Но я знала, что не могу сдаваться. Ведьма всегда встречала, её слова поддержки были для меня источником силы. "Ты справишься, Алиса," — говорила она. "Ты уже почти у цели."

Наконец, судья вынес вердикт. Я слушала, как он говорит о том, что дело Шаха было пересмотрено, и все доказательства указывают на мою невиновность. Но вместо слов освобождения, я услышала, что необходимо продолжить расследование, и моё заключение не будет пересмотрено до окончания дополнительных проверок. Моё сердце замерло. Я не могла поверить, что несмотря на все наши усилия, я всё ещё оставалась за решеткой.

Когда я вернулась в камеру, чувства отчаяния и безысходности охватили меня. Ведьма встретила меня у двери. Её лицо было суровым, но в глазах я видела тепло и понимание. Она подошла ко мне, обняла и сказала:

- Не все сразу, девочка. Не все сразу.

Жизнь в тюрьме, несмотря на всю её суровость, иногда подкидывает моменты, которые помогают забыть о её мрачной реальности. Такие моменты я находила в разговорах с Ведьмой. Она была удивительной женщиной с необычной судьбой, и её рассказы иногда казались мне сказками. В один из вечеров, когда мы сидели в её камере, она начала рассказывать о своём прошлом.