Я захожу в её комнату. Не стучусь. Никогда не стучусь. Это мой дом. Мои правила.

Она сидит у окна, как обычно. Бледная, хрупкая, но всё равно упрямая. Она смотрит на меня через плечо, её глаза холодные, настороженные. Всегда так смотрит. Как будто я враг, который пришёл разрушить её мир.

Но сейчас мне плевать на это.

— У нас будет ребёнок, — говорю я, и мой голос звучит громче, чем я планировал.

Она замирает. Её пальцы сжимаются на подлокотнике кресла. Пауза. Секунда. И я жду, что она скажет.

— Что?.. — её голос звучит сдавленно. Она смотрит на меня так, будто я только что сказал, что убил её собственными руками.

— Ты беременна, — повторяю я, улыбаясь. Улыбаюсь, потому что это не просто слова. Это правда. Это реальность, которая сводит меня с ума. — У нас будет ребёнок.

Но вместо того чтобы увидеть радость, я вижу ужас. Настоящий, неподдельный ужас. Её лицо меняется, глаза расширяются, как у загнанного зверя.

— Нет, — шепчет она, качая головой.

Я делаю шаг к ней, но она вскакивает, отступает назад, как будто я хочу её ударить.

— Нет! — её голос срывается на крик. — Нет, ты врёшь!

— Снежана… — начинаю я, но её истерика нарастает.

— Я не хочу этого ребёнка! — кричит она, её голос дрожит, глаза блестят от слёз. — Никогда! Я не стану матерью для ребёнка тюремщика!

Эти слова бьют в лицо, как пощёчина. Я замолкаю, тяжело дышу, чувствуя, как внутри всё переворачивается.

— Что ты сказала? — мой голос падает до опасного шёпота, но она не останавливается.

— Я не хочу этого ребёнка! — снова кричит она, слёзы текут по её щекам, но она даже не пытается их вытереть. — Я не буду рожать, чтобы он жил в тюрьме, как я!

— Это не тюрьма, — рычу я.

— Это тюрьма! — она бросает эти слова в меня, как ножи. — Ты тюремщик, Лютый! Ты сломал меня, ты держишь меня здесь, как пленницу! И теперь ты хочешь, чтобы я родила ребёнка, чтобы он тоже жил в этом аду? Никогда!

Каждое её слово режет меня. Она говорит это с таким отчаянием, что у меня темнеет в глазах.

Я делаю шаг к ней, но она пятится назад. Её лицо — перекошенное, полное ненависти.

— Хватит, — говорю я, срываясь.

— Ты можешь контролировать всё, но не меня! — кричит она. — Не моё тело! Не моего ребёнка!

Я стискиваю кулаки, так сильно, что пальцы врезаются в ладони. В голове вспыхивает мысль: ударь её. Прекрати этот бред. Заставь её замолчать.

Я поднимаю руку, но тут же опускаю её. Чёрт. Я не могу.

Она смотрит на меня, дышит тяжело, как после бега. Её глаза красные от слёз, но в них горит ненависть.

Я просто стою, не зная, что сказать. У меня столько ярости, что кажется, я сейчас взорвусь.

— Ты передумаешь, — выдыхаю я наконец. Голос глухой, полный сдерживаемой злости. — Ты передумаешь.

Она смотрит на меня так, будто готова плюнуть в лицо.

— Никогда, — шепчет она.

Я отворачиваюсь и выхожу из комнаты, хлопнув дверью так, что стёкла в рамах звенят.

Внутри всё горит. Гнев. Злость. И ещё что-то, чего я даже не хочу называть.

Но одно я знаю точно.

Я не позволю ей избавиться от этого ребёнка.

Я выхожу из комнаты, хлопая дверью так, что стены, кажется, задрожали. Мне плевать. Пусть рухнет весь этот грёбаный дом. Всё, что у меня в голове, — её слова.

“Я не хочу этого ребёнка!” “Тюремщик!” “Это тюрьма!”

Эти фразы будто въелись в мой череп. Каждое слово разрывает меня на части, как осколки стекла, которые невозможно вытянуть из-под кожи.

Я иду по коридору, кулаки сжаты так сильно, что костяшки белеют. Грудь сдавливает от злости, от её ненависти. Оттого, что я не могу контролировать её, как контролирую всё вокруг. Она моя. Но с каждым её словом я понимаю, что она делает всё, чтобы остаться недосягаемой.

Не хочешь ребёнка? Не хочешь моего ребёнка? Хочешь, чтобы я ещё и это у тебя вымаливал?!

Я захожу в свой кабинет, но не могу оставаться в этом доме. Воздух кажется густым, будто мне не хватает кислорода. Везде она. Её запах. Её голос. Её крик.

Тюремщик.

Слова эхом звучат в голове.

Я хватаю ключи и выхожу из дома. Машина стоит, как всегда, у входа. Охранник смотрит на меня, но я киваю, показывая, чтобы не трогали меня. Он понимает, что сейчас лучше не задавать вопросов.