Райан помогал мне одеваться, не переставая целовать, когда зазвонил телефон. На экране высветилось фото Дэна. Я положила гаджет на стол и продолжила натягивать одежду.

– Ответь, – сказал парень. – Он волновался, что ты так быстро смоталась из города, но с переездом в Нью-Йорк у него, наверно, не было времени позвонить.

– Чувствую себя паршиво из-за того, что водила его за нос тогда и делаю это сейчас.

Телефон замолчал, Райан взял мое лицо в ладони.

– Мы не сделали ничего плохого, малышка. В конце концов, это только наши отношения, его они не касаются. Я сам поговорю с Дэном при встрече, по телефону выдавать такое было бы неправильно. – Мой брат снова позвонил, и парень прижался губами к моему лбу. – Ответь!

Я взяла трубку и проговорила с Дэном весь путь от корпуса до машины Райана. Брат сообщил, что они с Моникой отлично долетели и заселились в предоставленные фирмой апартаменты. Еще он рассказывал о Нью-Йорке, новой должности и том, что Моника вовсю писала свою книгу, вдохновившись переездом. Кажется, такой медовый месяц их устраивал не меньше, чем лежание на пляже.

– Где ты остановился? – спросила Райана, завершив звонок.

Он стоял с водительской стороны, положив руки на крышу джипа.

– У меня есть номер в Four Seasons, и еще у Кея квартира в Чикаго. Но если ты хочешь предложить мне ночлег, – почесал большим пальцем уголок рта, – я скажу «да»!

– Ну как можно отказать, – закатила глаза и засмеялась.

– Показывай дорогу! – Он выглядел таким довольным, садясь в машину, что мое сердце было готово вот-вот пробить грудную клетку насквозь.

Пока мы ехали, Райан не отпускал наши сцепленные руки, положив их себе на колено. По дороге рассказывал об отце, матери, работе, при этом следя за дорогой, а я не могла отвести глаз от его точеного профиля.

Раньше не задумывалась о том, как он теперь выглядит, и совершенно не интересовалась его жизнью, запретив себе слушать редкие рассказы Дэна. Сейчас же передо мной сидел уже не тот дерзкий парень, который ненавидел мать и творил безбашенные вещи, приезжая на лето из колледжа. Это был взрослый мужчина, добившийся большого успеха в бизнесе и тепло отзывающийся о родителях. Он был спокоен и сосредоточен, рассудителен и тверд. Его мужская сила чувствовалась даже на расстоянии, проникая в мою ауру и выбивая почву из-под ног.

– Мне нравится то, с каким усердием ты глазеешь на меня. Пожалуйста продолжай! – подколол Райан.

– Вовсе нет. – Я отвернулась к дороге, густо покраснев до кончиков волос.

Он поднял наши сцепленные руки и укусил меня за указательный палец.

– Ай!

– За вранье. – И поцеловал место укуса. – Знаешь, когда ты не смотришь на меня как на врага и вообще хотя бы говоришь со мной, все приобретает смысл.

От этих слов все в груди перевернулось, обливаясь теплом. Я улыбнулась. Моя жизнь точно так же обрастала смыслом рядом с ним.

Припарковав машину у дома, в котором находилась квартира Элли, я был ослеплен эмоциями, как ребенок в свой день рождения. Меня распирало от предвкушения ночи со своей вновь обретенной девушкой. Руки бил тремор. Вытащив рюкзак Элли у нее из-под ног, я вышел на холодный воздух, осматриваясь.

– Мне нравится твой район. – Она вышла следом, накидывая капюшон куртки на голову. Он был такой огромный, что можно было увидеть только пар, вырывающийся на холод. Девушка шмыгнула носом, захлопывая дверцу джипа.

– Это место выбрали родители, потому что в паре кварталов отсюда полицейский участок. Безопасность превыше всего. – Подняла вверх кулак, как делают болельщики.

– Только за одно это им благодарен. – Мысль, что Элли была окружена заботой близких, согревала изнутри.

– Идем, а то уже ног не чувствую. – Она засеменила в сторону подъезда. Я двинулся следом.

На этаже расположилось пять квартир. Девушка зазвенела ключами, выуживая их из кармана, но связка зацепилась за ткань куртки и грохнулсь на пыльный коврик у двери. Элли робко улыбнулась, глядя на меня. Наклонившись, поддел кольцо указательным пальцем и затем, поднявшись, протянул ей.

– Все нормально, я тоже волнуюсь, – успокаивал ее в то время, когда мое сердце накрывал приступ тахикардии.

Пока мы обменивались взглядами, дверь перед нами распахнулась.

– Вы чего тут шепчетесь? – На пороге стоял Скотт в одних домашних тренировочных штанах. Выглядел он помятым.

– Какого… – Я повернулся к Элли, которая смерила приятеля суровым взглядом.

– Не делайте вид, будто только сейчас узнали о моем существовании. – Он развернулся и расхлябанной походкой пошел в кухню. – Я готовлю спагетти в томатном соусе, надеюсь, вы голодные.

Голод, который бушевал внутри, не имел ничего общего с урчанием в желудке. Я рассчитывал сорвать с Элли одежду, как только входная дверь за нами захлопнется, но жизнь продолжала осаживать меня, щелкая по носу чужими руками.

– Он всегда расхаживает по дому в таком виде? – нарочно громко спрашиваю, помогая Элли повесить куртку. Она скептически выгнула бровь.