— Неужели ты настолько не была уверена в нас, что разработала запасной план? Ты всерьез думала, что, узнав правду, я оттолкну тебя, Вивьен? — Ладони Эйсто накрывают мои щеки, а взгляд серых глаз пронизывает насквозь.

— Всегда должен быть план «Б». В любых ситуациях, — шепчу я.

— То есть, если бы ты вернулась в Рочестер без меня, то создала бы для себя мою проекцию? Ты бы не остановилась, верно? — Эйсто обхватывает пальцами мой подбородок и сжимает его крепче, когда я пытаюсь отвести взгляд. — Посмотри на меня, Вивьен. Скажи правду. План «Б» заключался в том, чтобы после этого чертового уикенда запускать проект с моей проекцией?

— Да. — Ответ выбивает из легких весь воздух.

Эйсто отшатывается от меня. Он отходит в сторону и сжимает руками свою челюсть. Я молча наблюдаю за его маятниковыми шагами, позволяя вине захлестнуть нутро.

— Ты невменяемая, Вивьен, — шипит он, расхаживая туда-обратно. — Тебе абсолютно плевать на свою жизнь. И меня это бесит. — Его рука проходится по волосам несколько раз. — Но я все равно не могу понять одного: для чего тебе нужна была эта гребаная поездка. Зачем ты согласилась? Ты ведь и так могла создать проекцию меня, как и всех этих людей вокруг. — Он выпрямляет руку и тычет пальцем в сторону толпы у бассейна. — Ты ведь знаешь меня лучше, чем кто бы то ни был. Так зачем нужно было все усложнять?

— Тогда бы ты был запрограммированным роботом в моей голове, а не полноценным человеком.

— Я бы все равно не был полноценным человеком, Вивьен! — кричит Эйсто. — Потому что это все нереально! Этот проект — не наша с тобой жизнь! Как ты этого не понимаешь?!

— Уже понимаю. Но раньше думала, что этого мне будет достаточно.

Эйсто замирает в шаге от меня. Его взгляд просачивается под кожу и рыщет там, где сердце.

— Еще день назад я была готова довольствоваться даже твоей проекцией. — С каждым моим словом глаза Эйсто расширяются. — Потому что я слишком сильно люблю тебя, Эйсто. Да, настолько, что готова жертвовать собой. Да, я бы запускала проект, чтобы провести с тобой эти мгновения. Да, я бы повторяла это снова и снова, пока бы не сдохла. Да, Эйсто. Это ты боялся услышать? Прости. Но теперь ты знаешь степень моей невменяемости и одержимости тобой.

— Ты совершенно невменяемая, Вивьен. — Он преодолевает расстояние между нами за один широкий шаг и сжимает меня в тугих объятиях. — И тебе нужно срочно обратиться к психотерапевту. — Его напряженные ладони скользят вдоль моей шеи. — А еще ты лгунья, раз сказала, что не умеешь выражать свои чувства. Сейчас вышло более, чем убедительно.

Я теряюсь в его взгляде. Эта смесь гнева, любви и вожделения путает меня и лишает рассудка. Я мотаю головой и раскрываю рот, чтобы произнести хотя бы слово, но Эйсто тут же перебивает меня:

— Мне сейчас хочется придушить тебя. — Его пальцы с напором поглаживают мою шею. Горячее дыхание оседает на моем подбородке и касается губ. — Но еще больше мне хочется тебя поцеловать. — Он облизывает губы, и я нервно сглатываю, бросая взгляд на его язык. — Чтобы ты раз и навсегда уяснила, что я люблю тебя полностью. Тебя, твоих тараканов и любую твою степень невменяемости. И мне срывает крышу, когда я представляю, что ты могла истязать себя ради меня.

— Ради нас.

— Неважно, — рычит Эйсто, хватая меня за затылок.

— Души́ либо целуй. — Я выгибаю шею и подаюсь к его губам.

— Дай обещание: больше никаких жертв. — Он надавливает большим пальцем на мою нижнюю губу и обводит ее контур.

— Обещаю.

— Никаких, Вивьен. Ни ради меня, ни ради нас. Что бы ни случилось. — Его палец с натиском скользит уже по верхней губе, и я теряю устойчивость в ногах.

— Обещаю… — выдыхаю я, рефлекторно придвигаясь ближе к его лицу.

Целуй же меня. Либо души. Мне нравятся оба варианта.

— И больше никаких «Погружений», — требует Эйсто, вжимаясь пахом в мои бедра.

— К черту их, когда у меня есть ты.

— Моя сумасшедшая. — Его рука на моем затылке подталкивает меня вплотную к его губам. — От нашей любви точно нет никакого лекарства. — Он улыбается прежде, чем впиться в меня поцелуем.

Эйсто требовательно завладевает моим ртом. Он прикусывает мою губу, посасывает ее и проталкивает язык в рот. Мои коленки подкашиваются. Я стягиваю рубашку на его плечах в кулаки и томно постанываю сквозь поцелуй. И я бы отдалась ему прямо здесь, на заднем дворе, в темном углу, прижавшись к кирпичной стене этого дома, в разгар вечеринки у бассейна, плевать. У нас есть только мы.

Я тяну Эйсто к своему телу, требуя соприкосновения с горячей кожей. Мои руки проникают под его футболку, и Эйсто низко выдыхает. Он углубляет поцелуй, прижимая меня спиной к шершавой стене. Я уже балансирую на грани рассудка, уже желаю его без остатка, но шум проходящей мимо компании заставляет Эйсто сбавить напор.