– Я Кевин, – тот, который держал меня, подходит к Эзре и бьет его в лицо.

Последнее, что я вижу, как Эзра пластом падает на пол. Я кричу. Ору что есть сил. Захлебываюсь слезами. Брыкаюсь и размахиваю руками куда попало. Я вижу, как по светлому полу струится кровь. Пса оттаскивают за цепь на его шее.

– Эзра! Нет! Эзра!!!

Меня подхватывают на руки и зажимают рот ладонью.

Эзра.

Умоляю.

Не умирай.

Глава 24. Божественная власть

Эзра

Не знаю, сколько потребовалось времени, чтобы я пришел в себя.

Голова раскалывается. Лица не чувствую. Кости болят. Мышцы ноют. Меня не хреново так отделали.

Серена.

Одно имя подрывает сердце, и я вскакиваю вслед за ним на ноги. Идиотский рефлекс, потому что я тут же падаю обратно, едва успевая удержаться за стену.

Гребаные уроды. Меня точно били после отключки. И, кажется, сломали пару ребер. Еще и эта чертова псина разодрала всю руку. Я до сих пор истекаю кровью.

– Ублюдки… – шиплю и вскарабкиваюсь на ноги. В этот раз выходит.

Прислоняюсь спиной к стене. Откидываю голову.

Они забрали Серену.

Я убью каждого. И плевать, что потом будет со мной. Главное, что я спасу ее. Отомщу за нее. Любой ценой.

Беру из морозильной камеры лед, прикладываю к ребрам и кое-как тащусь в ванную. Закидываюсь обезболивающим, запиваю его глотком ви́ски для храбрости, дезинфицирую руку и принимаюсь зашивать место укуса.

– Блядская псина! – рычу сквозь зубы, но мысли о Серене заставляют наносить шов за швом.

Когда заканчиваю, накладываю повязку и умываю разбитое лицо.

Я выстою. Я выживу. Ради нее. Ради нас. Ради Бостона. Отца. Брата. Ради будущего, которое нас ждет. Мы заслуживаем счастья. Серена заслуживает. И даже такой кретин, как я, тоже заслуживает любви. Ее любви. Самой прекрасной на свете. Ради этого стоит бороться.

Перезваниваю Полу, который вместе с Дрейком должен был следить за ситуацией, но ни хрена не справился. Он не отвечает. Дрейк тоже. Меня отправляет в голосовую почту. Уверен, О́дин пришил моих парней.

– Гребаный кусок дерьма! – ору и швыряю телефон в стену.

Один против них – я пустое место. Особенно, когда у них Серена.

Мне нужно добраться до Кёртиса.

Раньше, чем это сделает О́дин, и передаст ему Серену.

Подбираю телефон с пола и набираю номер.

– Они забрали Серену. Буду у тебя через полчаса. Звони своим федералам.

***

Шейн заскакивает ко мне в тачку укутанный в пальто.

– Мать твою, Эзра, выглядишь как дерьмо из микроволновки.

– И чувствую себя также.

– Тебе нужно в больницу!

– Шейн, мать твою! – стискиваю руль до побелевших костяшек. – Плевать на мое состояние! Это сейчас не самое главное. Серену похитили.

– Ч-черт… Как это произошло?

– Мой босс и его люди забрали ее. И значит, ее совсем скоро передадут твоему отчиму. Заказ выполнен. Компромат найден. И теперь Чарльз может распоряжаться ей как пожелает.

– Нет, стоп, – Шейн встряхивает головой. – Чарльз не играет грязно. Он самый честный человек из всех, которых я когда-либо встречал. Поверь, я знаю. Я ведь наследник его бизнеса. Я в курсе всех его дел.

– Видимо, не всех. И, видимо, не так чисто он ведет свой бизнес, раз обратился за помощью ко мне. Честные люди не прибегают к моим услугам, Шейн, и не связываются с О́дином.

– Нет, тут что-то не так. Чарльз конкурирует с ди Виэйра, но никогда бы не действовал подобным способом. Он осуждает такие методы. Он бы не похитил… Серену.

– Так же ты говорил и про Лиз.

– Эзра… – брат тяжело вздыхает. – Она подделала письмо. Да. Но это не значит, что она замешана в аварии. Этого просто не может быть.

– Если ты не хочешь в это верить – не значит, что она здесь ни при чем.

– Эзра, – он сдавливает руками лицо и нервно поправляет волосы.

– Я понимаю, что она твоя мать.

– Она и твоя мать тоже.

– И я смог разглядеть в ней дьявола.

– К черту, – выдыхает Шейн. – Сначала Серена. Мы должны спасти сначала ее.

– И нам потребуются твои связи.

– Уверен? Если возьмут О́дина, он наверняка потащит за собой и тебя. И там я уже не смогу помочь, если будут улики.

– Улик не будет. Я не идиот. Хоть я и верил ему, но всегда за собой все подчищал. Потому что нож в спину может прилететь даже от родной матери. А кто такой мне О́дин?

Мы с Шейном переглядываемся, но он не произносит больше ни слова. В глубине его души тоже поселилось сомнение.

– И какой у нас план? – тихо спрашивает брат спустя минуту молчания.

– Я не зна… – мое внимание перехватывают ворота особняка Кёртисов, которые начали свое движение. – Какого черта? – толкаю Шейна и указываю на них. – Обнаружили, что ты сбежал из кроватки?

– Заткнись, – Шейн прищуривается. – Это машина Чарльза. Сейчас шесть утра. Куда он собрался?