Мы находим Ролли в автосалоне подержанных автомобилей в Ист-Гарфилде. Мясник владеет несколькими дилерскими центрами и ремонтными мастерскими. Это позволяет ему убить двух зайцев сразу, отмывая деньги за счет продажи автомобилей, одновременно разделывая и перепродавая машины, украденные его приспешниками.

Мы с Данте входим в салон в поисках Ролли, в то время как Неро обходит здание с черного хода. Я уже знаю, как выглядит Ян Ковальский, так как по мелочи имел с ним дело в прошлом. Благодаря его идиотско-легкомысленной публичности в социальных сетях, Данте и Неро тоже имели удовольствие лицезреть фото Ролли с разбитым носом в пабе, Ролли с новой парой элитных, скорее всего, украденных кроссовок и Ролли с новой отвратительной татуировкой в виде сложенных в молитве рук.

Так что мы довольно быстро находим его в боксе технического обслуживания. Парень одет в комбинезон, грязная бандана перевязывает длинные волосы песочного цвета. Завидев в дверном проеме массивную фигуру Данте, он отбрасывает масляный поддон от «Форда-Ф-150», который обслуживает, и пытается выскочить из дверей бокса, словно гребаный кролик.

К несчастью для него, Неро уже затаился в засаде за грудой покрышек. Если Ролли кролик, то Неро грейхаунд – поджарый, быстрый и совершенно безжалостный. Он цепляет ноги Ролли крюком монтировки, а затем набрасывается ему на спину, прижимая к земле.

В это время Данте вырубает менеджера жестким ударом справа, а я быстро осматриваю салон, чтобы убедиться, что мы не пропустили других сотрудников.

За одним из «БМВ» я нахожу присевшего на корточки механика. Он старше, и ни татуировок, ни золотых цепей, ни безвкусных колец – в общем, типичных атрибутов польской мафии, – у него не наблюдается. Видимо, мужчина просто работает в мастерской и не является одним из солдат Мясника.

Тем не менее я его обыскиваю и запираю в офисе, предварительно вырвав телефонный провод из стены.

Данте и Неро уже вовсю занялись Ролли. Чтобы его разговорить, многого не потребовалось. Парень называет нам телефон, по которому Мясник с ним связывается, а также несколько мест, где Заяц «может» быть.

– Мне плевать, где он может быть, – шипит Неро. – Скажи нам, где он сейчас.

– Я не знаю! – кричит Ролли, вытирая тыльной стороной ладони кровавый нос, которым Неро уже его наградил. – Я просто типа шестерка.

– Тем не менее он послал тебя вчера расстрелять стройку, – отмечаю я.

Ролли судорожно переводит взгляд с Неро на меня и нервно облизывает губы.

– Я не знал, кто там будет, – говорит он. – Я не знал, что стрелял в вас, парни. Он велел нам пострелять, ранить пару копов и поднять шум.

– Дерьмо собачье, – рычит Данте, его голос жесткий, словно гравий. – Ты знал, что стройка принадлежит нам.

– Вы понятия не имеете, каков он, – бормочет Ролли. – Мясник не тот босс, которому можно отказать. Если он отдает приказ, ты должен его выполнять. Облажаешься – получишь предупреждение. Облажаешься еще раз, и тебе конец.

– Что за предупреждение? – спрашивает Данте.

Ролли поднимает правую руку. У него не хватает мизинца, аккуратно отрезанного у самого основания. Розовая натянутая кожа свидетельствует, что это относительно свежая травма.

– Мне насрать, что он там за страшилка, – говорит Неро, хватая парня за комбинезон и притягивая его к себе. – В этом городе есть только одно имя, которого тебе следует бояться. Что бы Заяц с тобой ни сделал, я сделаю в десять раз хуже. Даже если он выстрелит тебе в лицо, я спущусь за твоей кричащей душой в ад, только чтобы убить еще раз.

В тени автомобильного бокса глаза Неро кажутся темными и безжизненными. В каком-то смысле он «самый красивый» из братьев Аиды – высокие скулы, полные губы. Это делает зловещее выражение его лица еще более пугающим.

Неро вынимает нож из кармана и выпускает лезвие так быстро, что кажется, будто оно возникло из ниоткуда. Он прижимает острие к пульсирующей жилке на шее Ролли.

– Скажи мне, где Заяц, или я перережу эту артерию. Тогда у тебя будет примерно двенадцать секунд, чтобы ответить, прежде чем ты истечешь кровью.

Неро не угрожает. На его лице читается надежда – надежда на то, что Ролли не ответит, и тогда он сможет позволить своей руке сделать то, чего она так отчаянно хочет.

– Я не знаю! Клянусь…

Одним быстрым движением Неро разрезает предплечье Ролли – от закатанного рукава комбинезона до самого запястья. Лезвие дьявольски острое. Кровь стекает на голый цементный пол.

– А-а-а-ах, твою мать! Хватит! – скулит Ролли, пытаясь прикрыть рану измазанной маслом рукой.

– Последнее предупреждение, – произносит Неро, снова приготовив нож к атаке.

– Я не знаю! Подожди, подожди! – воет Ролли, когда лезвие приближается к его глотке. – Кое-что я знаю… девушку, с которой он встречается.

– Продолжай, – говорю я.

– Она работает в «Пилоне». У нее квартирка где-то в Лондейле, которую Заяц оплачивает. Это все, что мне известно, клянусь.