– Поляк не в первый раз переходит нам дорогу, – качает головой Неро. – Мы уже дважды ссорились с ним из-за того, что его люди вторгаются на нашу территорию. Обкрадывают наших поставщиков и грабят банки в наших кварталах.

– Очевидно, что Заяц намеренно идет на конфликт, – говорит Данте глубоким рокочущим голосом, подобным работающему на холостом ходу двигателю. – Нам следует…

Его предложение обрывается резкой полуавтоматной очередью. Она звучит словно грохот петард, только в сто раз громче. Черный «Лэнд-Ровер» с ревом пролетает мимо, из окон высовываются трое мужчин с пушками наперевес, вспышки выстрелов освещают их лица в масках.

Как только раздаются выстрелы, братья Аиды бросаются прикрыть ее, но я уже обнял жену, пряча за колесо ближайшего грузовика.

Оставшиеся полицейские кричат и тоже ныряют в укрытие, вызывая по рации подкрепление. Спрятавшись за своими машинами, некоторые из них даже пытаются открыть ответный огонь, но внедорожник уже осыпал стоянку градом пуль и скрылся за углом.

Одному из офицеров пуля прилетела в грудь, но благодаря жилету он лишь отлетел назад к бамперу своей патрульной машины. Другому полицейскому повезло меньше, и он получил пулю в бедро. Напарник тащит его за груду свай, крича, чтобы вызвали скорую.

– Вас задело? – рычит Данте.

– Нет, – быстро отвечает Неро.

– Как ты? – спрашиваю я Аиду, ощупывая ее голые руки и ноги, чтобы убедиться, что она в порядке.

– Нормально, – коротко отвечает она.

Превозмогая стремительный шум крови в ушах и бешеную работу нейронов, я пытаюсь сосредоточиться на собственных ощущениях. Думаю, меня тоже не задело.

– Мы в порядке, – сообщаю я Данте.

– Вы видели кого-то из стрелков?

– Лица были закрыты, – отвечаю я. – Кажется, я заметил золотые часы у кого-то на запястье. Ничего полезного.

– Последние цифры номера были 48996, – вставляет Аида.

– Как ты заметила? – требовательно спрашивает Данте.

Аида равнодушно пожимает плечами:

– Я ниже ростом.

– Этот психованный сукин сын, – удивленно качает головой Неро. – Он реально хочет, чтобы мы уничтожили его на хрен, да?

– Он хочет нас спровоцировать, – хмурится Данте.

– Не вставай! – резко говорю я, завидев, что Неро хочет подняться. – Мы не знаем, единственная ли это машина. Возможно, будет и другая. Или еще стрелки, – я киваю на многочисленные окна высоток, окружающих стройку.

– Мы не можем оставаться тут, – вполголоса говорит Аида. – Копы собираются прочесать всю стоянку. Вряд ли они настолько тупы, чтобы списать все на совпадение, так что теперь полиция будет относится к этому гораздо серьезнее.

Медленно и незаметно мы пробираемся на другую часть стройки, где меньше света и припаркован пикап Неро, ближайшая к нам машина.

Мы все забираемся в кабину, чтобы Неро подвез нас с Аидой до угла, где осталась моя тачка.

– Нельзя принимать решения поспешно, – говорит Данте. – Возможно, Заяц пытается вынудить нас к незамедлительному ответу, готовя тем самым ловушку. Стоит переждать ночь и решить, какой будет наша реакция. Аида, тебе лучше поехать домой с нами.

– Она остается со мной, – немедленно отвечаю я.

Данте хмурится.

– Мы не знаем, на кого конкретно нацелен Заяц. Он атаковал наше здание, но явился на твой вечер. Мы не знаем, из-за Аиды или из-за тебя. Или из-за обоих.

– Вот именно, – киваю я. – Поэтому она и должна остаться со мной. Если окажется, что он решил напасть на вашу семью, то Аиде будет безопаснее с моей.

– Что именно Заяц вам сказал? – спрашивает Данте.

Я кратко пересказываю разговор.

– Не знаю, действительно ли ему нужна собственность «Чикаго Транзит», или он просто проверял меня. Казалось, на самом деле, что больше всего его раздражала сама свадьба. Думаю, он пытается рассорить нас, пока союз еще не устоялся.

– Возможно, – произносит Данте, размышляя и хмуря лоб. – Мясник горд и обидчив. Его легко задеть. Возможно, Заяц злится, что мы не предложили Аиду сначала ему.

– Это, блин, отвратительно, – вмешивается Аида. – Во-первых, он старый. Во-вторых, я не какая-то гребаная фишка.

– В любом случае слишком поздно, – рычу я. – Ты моя. И чего бы он ни хотел в качестве утешительного приза, он этого не получит.

– Я все еще считаю, что сестре лучше поехать с нами, – говорит Данте. – Мы лучше тебя знаем Мясника.

– Ни за что, – ровно говорю я. Ни на секунду не выпущу Аиду из виду.

Данте хмурится, не привыкший к тому, чтобы кто-то противоречил его приказам. Но дело не только в задетом эго – я вижу беспокойство на его лице, страх за Аиду. Это немного смягчает мой тон.

– Я защищу ее, – обещаю я.

Данте коротко кивает. Он верит мне.

– Мы переждем ночь, – снова говорит итальянец. – Затем утром выясним, где скрывается Заяц и каков будет наш ответ.

– Наш совместный ответ, – добавляю я.

– Да, – соглашается Данте.

Пикап останавливается у моего «Ауди», и мы с Аидой выходим. По Данте видно, что он все еще сомневается, стоит ли оставлять свою сестру со мной.

Именно Аида убеждает его:

– С Кэлламом я буду в безопасности.