– Я знаю, что ты чувствуешь ко мне, Аида, – говорит он. – Хочешь ты признать это или нет.

Он опускает взгляд на мою грудь, где сквозь футболку торчат соски.

– Это не… На этой скамейке чертовски холодно! – начинаю кричать я.

Оливер затыкает меня, целуя жестко и мокро.

Я отталкиваю его как можно быстрее, вскакиваю со скамейки и тут же снова спотыкаюсь на этой дурацкой лодыжке.

– Даже не думай! – говорю я, вытягивая руку, чтобы остановить мужчину, когда тот тоже пытается встать. – Мне пора возвращаться. Не иди за мной. Не звони мне. И совершенно точно больше меня не целуй, блин.

Оливер не отвечает. Он просто стоит там, нахмурив брови и засунув руки в карманы.

Я ковыляю обратно в направлении машины, наступая на здоровую ногу и кипя от злости из-за этой встречи.

Я в ярости, что он меня поцеловал! Может, моя свадьба с Кэлламом была и не совсем настоящей, но я не готова к изменам. И уж точно не с Оливером, который уже начинает меня пугать.

Когда я прихожу на стоянку, вижу Нессу, стоящую на тротуаре с сумкой, перекинутой через плечо.

– Где Джек? – спрашиваю я.

– Машина стоит там. – Несса указывает на ближайшую стоянку. – Но она заперта и пуста.

Я достаю свой телефон, чтобы отправить Джеку сообщение с чем-нибудь вежливым и простым – например, с одним из тех желтых эмоджи со средним пальцем. Но тут он возникает рядом со мной со словами:

– Вы готовы ехать?

– Да! – мило говорит Несса.

– Уже двадцать минут как готовы, – вру я. – Где ты был?

– Ходил отлить, – отвечает Джек.

Он открывает заднюю дверь, чтобы мы с Нессой сели. Не вполне поверив его словам, я откидываюсь на кожаное сидение.

Я молчу всю обратную дорогу в особняк Гриффинов, размышляя, как мне, на хрен, держаться подальше от Оливера Касла в будущем. По пути домой получаю сообщение от Кэллама: «Когда вернешься, приходи ко мне в библиотеку».

Выбираюсь из машины, как только та останавливается, спешу в приятную прохладу дома и направляюсь прямиком наверх в библиотеку.

Кэллам выглядит бледным и сдержанным в своем темном костюме. По его решительной осанке понимаю, что супруг что-то узнал.

Пока он не начал говорить, хочу рассказать о том, как Оливер явился в кампус. Проблема в том, что единственный раз, когда я видела, как Кэллам выходит из себя, был позапрошлой ночью – когда Оливер Касл меня лапал. Так что это больная тема, и мне не очень-то хочется ее поднимать. Особенно когда мы так хорошо работаем вместе.

Прежде чем я успеваю начать, Кэллам говорит:

– Мы нашли одного из стрелков. Впрочем, это не Мясник. Твои братья считают, что мы должны разгромить казино Зайца сегодня вечером. Попробуем выманить его.

– Ты собираешься с ними?

Пересилив себя, Кэллам отвечает:

– Да. И ты тоже можешь поехать. Если хочешь.

Я вижу, что он совершенно точно этого не хочет, но предлагает мне, не дожидаясь, пока я начну настаивать.

Теперь я точно не хочу рассказывать ему про Оливера.

Вместо этого говорю:

– Я хочу поехать.

Кэллам выглядит слегка огорченным, но не берет свои слова назад.

Забавно, что он пригласил меня в библиотеку. Я не бывала здесь с той самой первой ночи нашей встречи.

Восстановленный портрет его прапра- сколько там еще – прабабушки снова висит над каминной полкой. Каретные и песочные часы тоже на месте. Нет только карманных часов.

Кэллам уже знает, на что я смотрю.

– Карманные часы были моими, каретные принадлежат Рионе, а песочные – Нессе, – говорит он.

– Что они символизировали? – спрашиваю я, не уверенная, что хочу знать ответ.

– Мой дедушка передал их нам, когда мы родились. Он сказал: «Время – все, что у нас есть».

– Вы с ним были близки?

– Да, – кивает Кэллам. – Ближе, чем с кем-либо.

Твою мать, я чувствую себя виноватой. На хрена я схватила эти гребаные часы? Если бы я не трогала их… Пожалуй, я бы сейчас здесь не стояла. И не смотрела бы на тонкое красивое лицо Кэллама.

– Мне… мне жаль. Прости.

Кэллам качает головой, словно он уже забыл, что потерял.

– Все в прошлом, Аида. Давай сосредоточимся на сегодняшней ночи.

С тех пор как мы начали охоту на Мясника, должен признать, я чертовски рад, что братья Аиды на моей стороне. Мой отец прав – я был слишком заносчив, слишком самоуверен в нашем превосходстве. Я разрываюсь, пытаясь одновременно заключать сделки, обеспечивать голоса и накрывать Зайца.

Забавно, но иметь в своей команде Аиду мне тоже по душе. Когда супруга не поджигает нашу библиотеку или не выкидывает за перила самую дорогую мне вещь, она, оказывается, довольно полезна. Благодаря тому, что она заметила номер машины, мне удалось обнаружить одного из парней Зайца, того, которому принадлежал проезжавший «Лэнд-Ровер». Его имя Ян Ковальский, но все называют его Ролли.

Я звоню Данте и Неро, чтобы выследить его вместе.