Она пытается взять ситуацию под контроль, но у нее это совершенно не получается. Ее взгляд прикован ко мне. Выглядит так, будто она думает, что если уйдет, то это будет проявление слабости. Девушка понятия не имеет, насколько горячо это выглядит. Я никогда прежде не встречал женщин, подобных ей, хотя у меня их было предостаточно.

Она вглядывается в мое лицо, стараясь при этом казаться уверенной. Ее дыхание неровное, немного паникует. Кое-что заставляет мою кровь вскипеть. Возбуждение.

8 глава

Эбигейл

Он даже не прикасается ко мне, но я чувствую, что прижата к стене лишь его присутствием. Наверное, это прозвучит безумно, но я знала, что он придет, как буря со смертельно опасным вихрем и электричеством в воздухе.

Плохо соображая, я понимаю, что должна позвать охранника, но все происходит как во сне, в котором я ни до кого не могу достучаться. А может, просто не хочу, потому что быть рядом с ним так чертовски приятно и запретно, как расслабляться под солнцем, когда должна заниматься домашними хлопотами. Разве что солнце не убивает людей.

Грейсон одаривает меня пристальным взглядом, и уже во второй раз мне приходит в голову мысль, что его красота — олицетворение жестокости. Шрам, пересекающий его темную бровь, выглядит так, словно кто-то пытался лишить мужчину глаза.

Кандалы позвякивают, когда он медленно тянет руки к моему лицу, словно боясь разрушить момент. Мой пульс зашкаливает.

Его движения сильные и размеренные, указательным пальцем он касается душки. О Боже, он хочет снять мои очки.

— Не нужно, — шепчу я.

— Не нужно, что? — Он трогает край очков, наблюдая за мной.

— Ты не можешь снять мои очки.

— Я так не думаю, — его рот находится в сантиметрах от моего, я чувствую тепло дыхания кончиком носа.

Сердце бешено колотится от смеси страха и чего-то еще.

— Нет, Грейсон, не стоит, — предупреждаю его, — хочешь, чтобы я позвала Диксона? — разумеется, я не хочу этого делать. Грейсона исключат из класса, возможно, даже посадят в одиночку.

— Осмелюсь предположить, что ты этого не сделаешь, — шепчет он в ответ.

У меня перехватывает дыхание, когда он проводит пальцами по вискам, касаясь нежной кожи, снимая очки. Он опускает их и заглядывает мне в глаза, между нами все вокруг пропадает, остается только тепло его тела. Я падаю, исчезая в черной дыре, у меня кружится голова. Какого черта я делаю?

Выхватываю очки из его руки и надеваю обратно.

— Отойди, заключенный, — я толкаю его, и он отступает назад. Уголки его губ подрагивают в улыбке.

— Как скажите, мисс Уинслоу.

Кровь закипает, руки покалывает от прикосновения к его груди. Меня пугает, как легко ему удалось вторгнуться в мое пространство. Я поправляю очки, разрушая этот момент, вновь обозначая границы между нами. Я пытаюсь взять контроль в свои руки, потому что происходящее неправильно.

— Ты хочешь попасть в газету «Кингмен»?

Он пожимает плечами, но уже поздно, я знаю, что ему это нужно. Мне удалось найти его уязвимое место.

— Тогда напиши правду о том времени, когда был ребенком. Правду.

9 глава

Грейсон

Когда я прихожу на следующее занятие, мисс Уинслоу передвигает стулья так, чтобы мы сидели в алфавитном порядке. По ее словам, она делает это для того, чтобы разделить нескольких болтающих парней, но мы оба знаем правду: она хочет оградиться от меня, вытеснить из своего пространства. Поскольку моя фамилия Кейн, мисс Уинслоу отсаживает меня в середину, зато ее стол занимает парень по имени Цейман.

Меня устраивает такой порядок вещей, поскольку я здесь для того, чтобы попасть в газету, оставить сообщение Стоуну и другим парням. Как только его получат, они придут за мной. Я знаю, что могу им доверять, так же как и они, в свою очередь, могут положиться на меня. Если у меня есть план, он сработает.

Можно быть сильным или слабым, а я сильнее происходящего между мной и мисс Уинслоу. Даже если я хочу пулей вылететь из этой комнаты, все равно останусь.

Я сижу в классе и внимательно слушаю, без какого-либо зрительного контакта с ней. Впитываю материал, как губка, не думая о том, как звучит ее голос. Я пытаюсь следовать ее советам и абстрагируюсь от всего вокруг, прямо как в тот раз, когда ее руки были на мне. Тогда я снял ее очки, а она взглянула на меня, и я почувствовал, будто она принадлежит мне.

От того, что я ее игнорирую, становится только хуже. Я вижу мисс Уинслоу, даже не смотря на нее. Чувствую каждое ее движение, когда она ходит по классу, знаю в каком она расположении духа. В Франклин-Сити, неподалеку от нашего укрытия, есть табличка, гласящая: «ОПАСНО: ВОСПЛАМЕНЯЕМАЯ ЭЛЕКТРОСЕТЬ». Именно так я чувствую себя в классе. Самому Дьяволу должно быть известно, насколько опасны электрические импульсы, искрящиеся между нами.