– Мы с ним с детства дружили, – растерянно прибавил Стив. – Пару дней назад обсуждали выходные. Хотели съездить к побережью. Знаешь, какие там волны? – Он вздохнул. – А теперь всё к дьяволу. Ты понимаешь, что здесь происходит?

– Всегда кто-то кого-то убивает. – Я мельком взглянула ему за плечо, надеясь, что Дэрил никуда не уйдёт. – Такое постоянно случается в Чикаго. Но, верно, не здесь.

– На самом деле, у нас было много всякого дерьма в Скарборо, – поморщился Стив. – Но не такого, как сейчас. Ты вообще веришь в то, что говорят копы? – Он понизил голос.

Я торопливо покачала головой:

– Понятия не имею. Послушай, мне нужно идти. Извинишь меня?

– О, конечно.

– Встретимся потом, ладно?

Это вряд ли. Мы с ним вращаемся в разных компаниях, и не то чтобы его друзья лучше моих, но нам просто не о чем говорить друг с другом.

– Без проблем.

Я прошла мимо и не обернулась, хотя чувствовала: он смотрел мне в спину. По счастью, Дэрил был на своём месте и всё ещё говорил с уборщиком. Я разобрала пару фраз:

– …прибраться сегодня, как вчера. Старик Пибоди до сих пор на больничном, так что я оформлю лист вызова: как полагается, протабелируем тебя.

– Спасибо. Д… деньги сейчас лишними н-не будут. Да и в участке как-то спокойнее работать, п-пока вся эта история не прекратится. – Уборщик сильно заикался и смущённо переминался с ноги на ногу.

Я остановилась чуть поодаль и уставилась в экран смартфона, стараясь делать вид, что не подслушиваю.

– О’кей. Тогда ждём к пяти. В обезьяннике надо здорово помыть: поместили туда одного парня, он не из чистюль.

– Хорошо.

Мужчины пожали друг другу руки и разошлись: тогда-то офицер Валорски меня и заметил.

– А, Лесли. – Он устало потёр переносицу и медленно направился ко мне. – Боже, ну и утречко, да? Как ты спишь после того случая, ничего?

– Кошмары. Что днём, что ночью. А ты как?

– Спать было некогда, – невесело усмехнулся он.

Я покосилась на мятый воротничок форменной рубашки и взлохмаченные чёрные волосы.

– Дэрил, я хотела спросить.

Он вопросительно вскинул брови. И как начать такой разговор? «Начни с начала», как было в книжке про Алису. Я сейчас и сама словно в страну чудес попала. Жутких и необъяснимых.

– Есть ли какие-то новости о расследовании?

– Лесли… – Он положил руку мне на плечо и сжал пальцы. А потом и челюсти тоже сжал. Из дружелюбного его лицо обрело недоброе выражение. – Дело ведётся, из Огасты вызвали следователя. По предварительным показаниям двух свидетелей мы составили примерный фоторобот подозреваемого, и, чёрт возьми, под это описание много кто подходит – даже я сам, потому что во мне явно больше пяти футов и я тренируюсь каждые три дня в зале. А ещё у нас маловато свидетелей. И мы полагаем, что эти убийства совершил далеко не один человек, понимаешь?

– Да.

Он показался мне нервным и раздражённым. Я постаралась списать это на усталость.

– Слишком много работы, прости. И я не спал двое или трое суток, не помню толком. Но сегодня вам наверняка объявят о решении властей ограничить передвижение по городу после двадцати одного часа без сопровождения взрослых.

– Какой смысл устраивать комендантский час, если убийца вламывается к людям в дома? – резонно возразила я.

– Мы не говорим, что это был один конкретный человек…

Вдруг его прервал громкий вскрик.

Мы повернули головы и замерли: метрах в двадцати стайка девчонок кинулась врассыпную от парня, натянувшего рваный балахон и белую маску, один в один ту, что у себя на вечеринке раздавал Карл. Он метнулся к ребятам из зарослей боярышника, растущего возле школы, решив напугать, но сделал это очевидно зря и явно не ожидал увидеть столько полиции. Двое полицейских мигом скрутили недотёпу и увели прочь, сорвав с него маску, – хотя он вырывался и возмущённо кричал:

– Это всего лишь шутка! Правда, я пошутил! Честно!

Все вокруг заметно притихли.

– За такие шутки будут спрашивать строго, – заметил вслух Дэрил и пробормотал. – Дети. Детки. Детишки, чёрт бы вас побрал…

Мисс Бишоп, учительница физкультуры, зашла в женскую раздевалку без стука. Был уже четвёртый час: день выдался непростым, даже если бы под ногами не крутились полицейские и репортёры.

Подтянутая и смуглая, лет тридцати пяти, она выглядела куда моложе и вполне могла бы сойти за старшеклассницу или студентку, если бы не строгое выражение лица. Мускулистые ноги были обтянуты белыми шортами, на груди лежал серебряный свисток – приз за второе место в троеборье, завоёванный, ещё когда она сама училась в школе.

– Девочки, внимание! Заберите листы с результатами забега, – объявила она и приколола кнопкой стопку разноцветных бумажек на доску объявлений. Школьницы почти не слышали мисс Бишоп, и она неодобрительно покачала головой, а потом вышла. Им уже не до оценок, лишь бы поскорее убраться отсюда.