– Заколдованные перчатки, – прочла она вслух надпись на изящной открытке. – При работе в саду они не рвутся, а руки в них не потеют.

Едва взглянув на подарок, Элайна отодвинула коробку. А я подумала, что они с Ласэном по-разному смотрят на работу в саду. Ласэн заботился о чистоте и сохранности ее рук, а для Элайны вспотевшие, перепачканные землей, исцарапанные руки были доказательством ее труда. Частью радости от возни с садом.

Мои размышления прервал пронзительный вопль Амрены. Она добралась до подарка Риза – коробочек, где переливались драгоценные камни. Бурная радость утихла, когда Амрена открыла подарок Вариана. Мы так и не узнали о содержимом шкатулочки, но улыбка, предназначенная принцу, была на удивление теплой.

Заметив на столике у окна изящно завернутую коробочку, Мор взяла ее в руки, прочитала имя и крикнула:

– Аз, а ты не все подарки взял.

«Певец теней» удивленно протянул руку за подарком.

– Это от меня, – сообщила Элайна, говорившая с Нестой.

В лице Азриеля ничего не изменилось. Он даже не улыбнулся.

– Маджа сделала по моей просьбе, – пояснила Элайна.

Услышав имя семейной целительницы, Азриель наморщил лоб.

– Порошок можно смешивать с любым питьем.

Азриель молчал.

Элайна закусила губу, потом робко улыбнулась:

– Это снадобье от головной боли. А то тебя все допекают и ты часто трешь виски.

И снова молчание. Потом Азриель запрокинул голову и захохотал.

Я и не подозревала, что он способен весело, заразительно смеяться. Его смех был искренним, без желания подыграть Элайне. Кассиан с Ризом тоже засмеялись. Риз выхватил у него стеклянный пузырек и стал внимательно разглядывать.

– Замечательно. Ты спасла Аза, – заявил Кассиан.

Элайна снова улыбнулась, втянув голову в плечи.

– Спасибо, Элайна, – поблагодарил ее Азриель.

Я впервые видела его глаза сверкающими. Я всегда считала их светло-карими и до этого мгновения не замечала изумрудно-зеленых искорок.

– Мне твое снадобье очень пригодится.

– Надо же, мы его допекаем, – сказал Кассиан и снова засмеялся.

Неста настороженно наблюдала за нашим весельем. Если бы не Элайна, она осталась бы без подарка. Я уловила напряженность Несты. Причиной были не слова, а Элайна, смеющаяся над нашими шутками. Вместе с нами.

Казалось, Неста смотрит на нас через окно, по-прежнему стоя на крыльце.

И все же я заставила себя улыбнуться. Засмеялась вместе со всеми, украдкой поглядев на Кассиана. Чувствовалось, что и ему не до смеха.

Праздничный обед длился весь вечер и продолжился ночью. Смех перемежался звоном бокалов. Неста почти ничего не ела и участия в разговорах не принимала. Элайна пыталась ее разговорить, но получала односложные ответы.

Часы пробили два ночи. За столом уже зевали. Первыми ушли Амрена и Вариан. Принц в обеих руках уносил ее подарки. Амрена шла налегке, наслаждаясь новой горностаевой шубой. Еще один подарок Вариана в дополнение к шкатулочке.

Неста перебралась в гостиную, где просидела еще полчаса, затем пожелала Элайне спокойной ночи, чмокнула сестру в макушку и двинулась к выходу.

Кассиан, сидевший на диване с Мор, Ризом и Азриелем, даже не шевельнулся. Зато я встала и поспешила в переднюю, где Неста заматывала шею шарфом.

– Вот, возьми, – сказала я, протягивая ей деньги.

Неста обернулась через плечо. Взгляд упал на радужную бумажку в моей руке.

– Как и обещала, – добавила я.

Я молила богов, чтобы сестра не взяла деньги, бросив мне холодные, язвительные слова.

Увы. Губы Несты плотно сжались, а пальцы потянулись к купюре.

Она молча толкнула дверь и вышла в холодную темноту. Я осталась в передней. Рука все еще ощущала шершавость новенькой купюры.

За спиной заскрипели половицы, затем меня осторожно, но решительно отодвинули в сторону. Только когда хлопнула дверь, я сообразила, что Кассиан выскочил вслед за Нестой.

С него довольно. Довольно холода и колючек. Довольно прямой, как меч, спины и острого, словно бритва, взгляда, ставшего за прошедшие месяцы еще острее.

Шум в ушах Кассиана заглушал все звуки снежной ночи. Он не помнил, как выскочил наружу, бесцеремонно отодвинув верховную правительницу и поспешив за Нестой.

Она шла по обледенелой дорожке с безупречным изяществом, сжимая под мышкой подаренные книги.

Только догнав ее, Кассиан сообразил: ему ведь нечего ей сказать. Точнее, что бы он ни сказал, Неста рассмеется в лицо.

– Я провожу тебя домой, – сказал он.

Неста остановилась возле невысоких чугунных ворот. Луна освещала ее холодное бледное лицо.

Какая же она красивая. Даже сейчас, исхудав, она не утратила прежней красоты. Когда он увидел ее в первый раз возле отцовского дома, тоже была зима.

Та Неста была просто надменной и язвительной. Нынешняя – несравненно опаснее.

– Сама дойду, – бросила она, глянув через плечо.

– Идти далеко, а время позднее.

«И за весь праздник ты не сказала мне ни слова».