Неста дотронулась до шарика размером с ноготь ее большого пальца. Шарик вспыхнул, и на ее коленях обозначился яркий круг света. Вторичное прикосновение погасило свет. Порывисто вскочив, Неста обняла Азриеля за шею.

В гостиной стало тихо.

Но Азриель лишь засмеялся и нежно обнял Несту. Кассиан без всякой ревности смотрел на них.

– Спасибо, – торопливо проговорила Неста, быстро разжав руки. – Замечательный подарок.

Азриель покраснел и отошел. Вокруг него клубились тени.

Неста посмотрела на Кассиана, и в ее глазах снова вспыхнул знакомый свет. Ему захотелось тут же вручить ей свой подарок.

Однако он притушил порыв доводами рассудка. Напомнил себе, чем кончилась его прошлогодняя попытка. Напомнил, что после бала она не искала близости с ним, и… сдержался.

Не хотелось вновь остаться с разбитым сердцем.

Время близилось к часу ночи. Глаза Несты смыкались от усталости. Остальные участники торжества продолжали выпивать. Ей вина не предлагали, да и самой не хотелось. Она не участвовала в общем веселье, не пела и не танцевала. Но устоять перед сладким не могла и съела несколько больших кусков громадного праздничного торта, украшенного розовой глазурью.

Кассиан сказал, что они заночуют в доме у реки, поскольку он слишком пьян, чтобы лететь в Дом ветра. Мор и Азриель тоже слишком пьяны, чтобы перебросить их туда, тем более что последнюю часть пути все равно пришлось бы лететь. А Риз и Фейра к тому моменту уже будут наслаждаться друг другом.

Дверь комнаты, отведенной Несте, была открыта. Внутри мягко горели шарики фэйского света. В просторной комнате господствовали белый, кремовый и желтовато-коричневый оттенки. На мраморной полке над камином в стеклянных банках перемигивались свечки. Тяжелые синие бархатные шторы были опущены на ночь – единственные островки синего цвета, не считая несколько синих и голубых безделушек. Обстановка была успокаивающей. Пахло жасмином. Убранство полностью отвечало вкусам Несты. Будь у нее возможность, именно так она бы и обставила свою комнату.

А ведь у нее была возможность. Фейра предлагала, но она отказалась. Тогда Фейра все сделала сама, помня вкусы своей старшей сестры.

Неста присела к туалетному столику и в тишине посмотрела на себя.

Скрипнула дверь. Вошедший Кассиан прислонился к косяку, глядя на ее отражение в зеркале.

– Ты даже не захотела пожелать мне спокойной ночи?

– Я устала, – ответила Неста, чувствуя, как бьется сердце.

– Твоя усталость длится не первую ночь. Что случилось? – спросил Кассиан, скрещивая руки на груди.

– Ничего. – Неста качнулась на вращающемся мягком стульчике, повернувшись лицом к Кассиану. – А почему ты не внизу?

– Ты так и не спросила про свой подарок.

– Я подумала, что ничего от тебя не получу.

Кассиан оттолкнулся от косяка и закрыл дверь. Несте показалось, будто он стянул на себя весь воздух в комнате.

– Почему ты так подумала?

– Подумала, и все, – пожала она плечами.

Их разделяла кровать. Кассиан достал из кармана шкатулочку и положил на покрывало:

– А вот и не угадала.

Кассиан смотрел, как она встает со стульчика и подходит к кровати. У него слегка дрожал кадык – единственный признак волнения.

Вспотевшими руками Неста подняла шкатулочку, осмотрела, но открывать не торопилась.

– Я хочу извиниться за свое поведение на прошлогоднем Дне зимнего солнцестояния. Я тогда отвратительно себя вела.

Тогда он тоже ей что-то подарил. Но ей было плевать на его подарок. Она вела себя гадко и намеренно хотела сделать ему больно. За его заботу.

– Знаю, – коротко ответил Кассиан. – Я тебя давно простил.

Неста по-прежнему не решалась взглянуть на него.

– Открой, – предложил он.

Слегка дрожащими руками она подняла крышку и увидела серебряный шар в углублении из черного бархата. Шар был величиной с куриное яйцо; круглый, за исключением небольшого плоского участка, позволявшего ставить шар на поверхность и не опасаться, что он укатится.

– Что это?

– А ты дотронься до верхушки. Достаточно одного прикосновения.

Изумленно посмотрев на Кассиана, Неста так и сделала.

В комнату ворвалась музыка.

Неста отпрыгнула, прижала руку к груди и засмеялась.

Меж тем музыка исходила из серебряного шара. И не просто музыка – танцы, звучавшие на балу в Каменном городе. Но сейчас они были свободны от смеха и болтовни гостей, словно Неста сидела в концертном зале.

– Но ведь это не Веритас, – сказала она, слушая темпераментный танец, такой чистый и совершенный, что у нее снова запела кровь.

– Нет, у этого шара другое название. Эта штучка называется Симфония. Редкая диковина со Двора Хелиона. Она способна хранить музыку внутри, а потом играть для слушателей. Симфонию изобретали в помощь композиторам, но изобретение никому не пригодилось.

– Как тебе удалось убрать шум толпы? – удивилась Неста.