– Астерии уничтожены. – Хант избавил Эмбер от вопросов о ходе событий. – Мидгард свободен.

Эмбер уронила слезинку. Брайс не раздумывая переступила барьер и крепко обняла мать. Эмбер обхватила ее лицо ладонями.

– Как же я горжусь, что я – твоя мать, – призналась она.

Брайс расплылась в улыбке. Слезы жгли ей глаза. Рандалл поцеловал ее в макушку.

– Ты славно поработала, девочка.

Брайс обняла и его, человеческого воина, вынужденного служить в астерийской армии, что изрешетило его душу, пока ее мать не собрала все кусочки и не вернула его к жизни.

Неста с мужем напряглись. Брайс сразу поняла: Хант тоже перешел в их мир.

Он окинул взглядом гостиную, затем город, сверкавший огнями внизу, и ленту реки. Должно быть, место, куда они попали, находилось на вершине горы.

– У вас в запасе одна минута. Потом сюда явится Риз и поднимет бурю.

– Кассиан, не волнуйся, – сказала Эмбер на здешнем языке. – Риз все правильно поймет.

Видя ошеломленное лицо Брайс, Рандалл произнес на том же языке:

– Было слишком трудно объясняться жестами. Они нам дали такие же «фасолинки», как тебе.

– Ризанд все правильно поймет? – Брайс покачала головой. – С его-то способностью погружать мир в кромешную тьму?

– Они с Рандаллом неплохо поладили, – сообщила Эмбер. – Выяснили, что оба являются гиперопекающими отцами. Поэтому Ризанд точно знает, каких выходок от тебя ждать. Тем более что ты и здесь успела… показать себя.

Неста молча и настороженно следила за ней. Брайс полезла в карман куртки и достала Маску.

– Вот. Возвращаю, как и обещала.

За столом стало тихо.

Затем Брайс извлекла Правдорубец. Кассиан напрягся, готовый прыгнуть между ней и Нестой. Хант тоже напрягся и принял боевую стойку.

– Альфа-придурки, – усмехнулась Брайс и положила кинжал на стол, рядом с чайными чашками и тарелками и недоеденными кусками торта.

– Ты их вернула, – тихо сказала Неста.

– А ты думала, что не верну?

– Сама не знаю, о чем я думала. – Неста слегка улыбнулась.

– Знала бы ты, сколько всего пришлось вытерпеть бедной Несте после того, как ты забрала эту блестящую штучку и удалилась, бросив нас здесь, – сообщила Эмбер. – Я пыталась объяснить Ризанду и Азриелю особенности твоего характера. Уж если что втемяшилось тебе в голову, ты не остановишься ни перед чем. Оба мне не верили, а потом Фейра – жена Ризанда – поверила. И тем не менее… – Эмбер взглянула на Несту и поморщилась. – Еще раз хочу извиниться за поведение моей дочери.

– Меня никто не заставлял. Я сама решила отдать ей Маску, – напомнила Неста. Затем, посмотрев на Брайс, с усмешкой добавила: – Твоя мама до сих пор не верит, что я сделала это добровольно.

– Потрясающе! – выдохнула Брайс, закатив глаза. – Спасибо за такое мнение обо мне… Идемте-ка домой, – сказала она, махнув в сторону сверкающего портала.

– Значит, их больше нет, – сказала Эмбер.

– Нет, и впредь никто в нашем мире о них не услышит, – заверила ее Брайс, ощутив ликование в сердце.

В глазах Эмбер блестели слезы, но она словно не торопилась домой. Она взяла Несту за руки:

– Несмотря на вранье моей дочери, ее авантюризм и фактическое предательство по отношению к нам…

– Мама, ты лучше расскажи, как тебе здесь жилось, – пробормотала Брайс, заработав косой взгляд Несты.

Но Эмбер продолжала, глядя только на Несту:

– Я очень рада, что познакомилась с тобой.

Неста поджала губы и взглянула на их сомкнутые руки.

Брайс вмешалась, дабы избавить Несту от мамочкиных признаний, пока та не пустила слезу:

– Когда мне в следующий раз придется воевать с межгалактическим злом, я обязательно учту вашу дружбу.

Эмбер посмотрела на дочь. Брайс хорошо знала этот взгляд, не предвещавший ничего хорошего.

– Брайс Аделаида Куинлан, дома мы с тобой серьезно поговорим. Бросить Коппера на чужих…

– Знаю, – ответила Брайс.

Дома ей придется за многое ответить. И за многое извиниться.

– Мама любит тебя, – заметив отчаяние на лице Брайс, тихо сказала Неста. – Никогда не относись к этому легкомысленно.

Брайс оставалось лишь согласиться.

– Да, мне повезло. Повезло появиться на свет у этой женщины, а не у какой-то другой.

Эмбер и в самом деле была готова расплакаться, особенно когда повернулась к Несте и сказала:

– Время, проведенное с тобой, было подарком. Настоящим подарком.

Сказав это, она крепко обняла Несту. В лице Несты, которое Брайс привыкла видеть непроницаемым, промелькнула душевная боль и тоска. Чувствовалось, ее очень давно никто не обнимал по-матерински.

Брайс не стала им мешать и повернулась к Рандаллу и Кассиану, застав их теплое, дружеское рукопожатие.

– Спасибо, друг, – сказал крылатому воину Рандалл. – За все.