– Думаю, сейчас они как раз докладывают астериям оперативную обстановку возле Разлома, – не без злорадства произнес Исайя и взглянул на свой мобильник. – Да, самое время.

– Отлично, – промурлыкал Аидас. – В таком случае мы готовы.

– Передаю сообщение Деклану, – сказала Наоми, и ее пальцы забегали по виртуальной клавиатуре.

Фэйский воин, прячущийся внутри белого фургона, держал сейчас под контролем всю имперскую электронную сеть.

Астерийские механокостюмы замерли как вкопанные. Солдаты и офицеры астерийской гвардии недоуменно смотрели на эти чудо-машины, остановившиеся разом. Сверкающие глаза механокостюмов потускнели и погасли.

– Магия и машины, – пробормотал Исайя. – Неизменно опасное сочетание.

– Деклан дал добро, – сообщила Наоми, прочитав ответное сообщение. – Теперь, Куинлан, твой ход.

Все смотрели на Брайс. Живые и неживые. Мертвые и восставшие из мертвых. Брайс протянула руку к металлической армии, замершей внизу. От нее самой исходила холодная, ужасающая сила. Но ее воля оставалась ее волей. Ее воля была всем.

«Поднимайтесь, – отдала мысленный приказ Брайс. – Сражайтесь. Подчиняйтесь Исайе Тибериану и Наоми Бореас. Хел – ваш союзник. Вы сражаетесь рука об руку с ним».

Только ей открывалось видение мерцающих душ Падших, которые летели туда, где остановились механокостюмы, и проникали внутрь.

Глаза механических чудовищ вспыхнули снова. Ближайший к Брайс механокостюм поднял руку и с удивлением посмотрел на шевелящиеся пальцы. Затем повернулся к одному из гвардейцев и проломил тому голову.

– Боги милосердные, – прошептала Наоми, глядя, как механокостюмы один за другим стали уходить из рядов астерийской гвардии.

Механические солдаты двигались к стенам города. Гвардейцев, пытавшихся им помешать, ждала незавидная участь.

Но механокостюмов хватило не всем… Зато на склонах холмов было достаточно мертвых демонов и убитых гвардейцев, тела которых не пострадали. Эти мертвецы медленно, словно вселившиеся в них души приспосабливались к новым рукам и ногам, вставали с окровавленной травы и примыкали к механокостюмам, движимым душами Падших.

– Ваш черед, – сказал Хант Исайе и Наоми. – Пора отправляться в город.

Ангелы склонили головы, затем взмыли вверх. Над холмами загремел голос Исайи:

– Падшие! Отныне вы стали Восставшими! К воротам!

Исайя взглянул вниз, на Ханта. Его глаза сияли гордостью и решимостью. Приложив руку к сердцу, Исайя стал набирать высоту. Хант помахал ему, сознавая, что они могут больше не увидеться. Слова здесь не требовались.

Происходящее тоже не укладывалось в слова и не поддавалось никакому описанию. Армия Восставших, машины и демоны двигалась к стенам города.

– Пожаловали, – сказал Хант. – Похоже, наше видео крепко отвлекало их внимание.

– Своевременно, – подтвердил Аидас, глядя на сияющие фигуры, которые появились на поле сражения у северных ворот Вечного Города.

Поняв, что гвардии не справиться, они решили сами устранить опасность.

Астерии.

Навстречу им, по проходу, образованному расступившимися шеренгами, шел принц Ущелья, а на пару шагов за ним – принц Ямы.

Хант воздержался от возгласа облегчения, хотя его шлем заглушил бы этот звук.

Брайс освободила души Падших из заточения в тронном зале и переместила их в механокостюмы и тела убитых. Однако самая трудная и опасная часть их плана начиналась сейчас. Хант пытался управлять дыханием и следить за разворачивающимся сражением. Шлем изводил его предупреждениями и оценочными данными по противнику.

Аидас достал из ножен сверкающий меч, серебряное лезвие отбрасывало голубоватый отсвет.

– Мой черед, – сказал демон-принц. Сухой ветер просвистел в его светлых волосах. – Подбросишь меня? – спросил он у Брайс.

В ее глазах мелькнуло беспокойство и даже страх. Хант успел это заметь. Но затем она взяла Аидаса и Ханта за руки и телепортировала обоих. Благодаря силе звезды Тейи на это ушло несколько секунд. Телепортация почти не сказалась на ее состоянии. Но то, что творилось вокруг, было ожившим кошмаром, причем самым худшим.

Кристаллосы, лазутчики смерти, гончие, похожие на Пастуха, и существа еще более жуткие – «зверюшки» Танатоса – неслись мимо астериев, держа путь в город. Шлем Ханта создавал иллюзию, что они далеко. Окружающий мир все больше становился двухцветным: красным и черным.

Но астериев не волновал «зверинец» Танатоса. Они нацеливались на более крупную добычу – на троих принцев Хела. Особенно на Аполлиона, стоящего в середине.

Ригелус не появился, предоставив выполнять грязную работу остальным пятерым астериям.

– Вы дорого заплатите за вторжение в наш город, – заявила принцам Полярис.