Две молнии из-под пальцев Ханта устремились к крыльям, остававшимся на стене, – его собственным и Исайи. Обе пары вспыхнули и быстро сгорели. Другие крылья разметали пепел, освободив и этих пленников.

Новый порыв рукотворного ветра Ханта – и двери в коридор распахнулись, а в окнах полопались стекла.

Крылья Падших устремились в безоблачное синее небо.

Тронный зал опустел, словно бассейн, из которого выпустили воду. В широком дверном проеме стояла одинокая фигура, наблюдавшая за происходящим.

Ригелус.

Вокруг него в воздухе покачивались перья.

– И что это вы тут делаете? – спросил Светлая Рука, бурля от негодования.

Он вошел и сразу взглянул на Брайс. Может, на нее действовала магия Маски, а может, она переступила все барьеры страха, но появление Ригелуса ничуть не испугало ее.

– Исправляем давние ошибки, – ответила она Светлой Руке.

Ригелус щурился на Маску:

– Ты завладела оружием, которое тебе не по силам.

Из разбитых окон доносились крики горожан, изумленных зрелищем крыльев, пролетающих у них над головами.

Мертвое и поднятое из мертвых. Природа Ригелуса смутила Маску. Живое и неживое. Дышащее и бездыханное. Маска не понимала, кем считать Светлую Руку. Его появление подействовало на нее не лучшим образом. Маска качнулась, готовая слететь с лица Брайс.

Брайс сосредоточилась. «Ты подчиняешься только мне».

Маска послушно замерла.

Ригелус, конечно же, заметил Ханта в полном боевом облачении, но по-прежнему обращался только к Брайс:

– Далеко же от родного дома занесло тебя, Брайс Куинлан.

Он сделал шаг вперед. То, что Ригелус не атаковал их сразу, доказывало его настороженность.

Молния Ханта с шипением поползла по полу.

Но Брайс указала ему на происходящее за спиной Ригелуса. На холм за городской стеной, где крылья приземлялись на сухую траву. Они покрыли собой все склоны холма, лениво хлопая крыльями – совсем как бабочки, присевшие передохнуть.

«Восстаньте, как восставали однажды», – приказала крыльям Брайс.

Ледяной поток, холодностью своей превосходящий льды Нены, потек от нее к покрытому крыльями холму. Она чувствовала душевную боль Ханта, но не сводила глаз с Ригелуса.

– Безмозглая девчонка! Ты не представляешь, с какими силами играешь, – сказал Ригелус. – Маска проклянет твою душу.

– Побереги свои пустые угрозы. – Брайс снова указала на разбитое окно. По склону холма поднималась армия, готовая встать наравне с крыльями, сохранившими душу. – У тебя есть заботы поважнее.

Она улыбнулась. То была улыбка хищника и в то же время улыбка королевы. Отряды Хела взбирались на холм.

– Своевременно, – сказала Брайс.

Ригелус молча смотрел, как множатся фигуры посланцев Хела. Они выходили из портала, который Брайс открыла на другом склоне холма, невидимом из окон дворца.

Устрашающие орды, возникшие словно из ниоткуда, поднимались на этот и соседние холмы. Три принца Хела шли впереди…

Улицы снова наполнились криками. Это был сигнал, необходимый Деклану для начала эвакуации под предлогом выполнения имперского закона о чрезвычайных обстоятельствах. По каждому мобильному телефону зазвучало требование покинуть стены города и, если есть такая возможность, двигаться в сторону побережья.

Ригелус оторопело смотрел на армии Хела, явившиеся к нему на порог.

– Приятная неожиданность? – с усмешкой спросил его Хант.

Ригелус неспешно повернулся к Брайс и Ханту. Светлая Рука улыбался:

– Думаешь, я не знал, что ты открыла Северный Разлом? Знал с первого мгновения.

Брайс внутренне собралась, призвав всю свою силу. Ригелус поднял руку, которая действительно светилась.

– Я ждал твоего появления и соответствующим образом подготовился.

Над городом разнесся сигнал трубы.

И в ответ улицы наполнились солдатами астерийской гвардии.

– Ты едва добралась до Разлома, а я уже знал. Моя Гарпия держала меня в курсе. Я видел тебя ее глазами… пока ты не прикончила ее.

Ригелус сделал еще шаг. Магическая сила бурлила вокруг его руки, где каждый из длинных пальцев был унизан золотыми кольцами.

Брайс и Хант напряглись, прикидывая расстояние до выхода. В стене позади тронов имелась еще дверь, но, чтобы бежать туда, нужно было повернуться спиной к Ригелусу.

Над городом сверкали вспышки, сопровождаемые рукотворным громом. Астерийская гвардия готовила ракеты прямо на крышах домов и оттуда же запускала, нацеливаясь на демонов армий Хела. Ракеты чертили в небе золотистые траектории и ударяли в гущу посланцев иного мира, которые теснились на вершине горы Хермон. В воздух взлетали фонтаны земли и каменных обломков, а вверх устремлялся свет.