Джезибе хватило одного слова, и толпа послушно разошлась, что, несомненно, показывало власть в Доме Пламени и Тени.

Итан попеременно смотрел на Гипаксию и Астронома, стараясь ни с кем не встречаться глазами.

Астроном дождался, пока уйдут последние зеваки, и заявил королеве ведьм:

– Если ты знаешь о местонахождении волчицы и скрываешь эти сведения, то по закону…

– Закон здесь неприменим, – оборвала его Гипаксия, – поскольку наследница династии Фендир официально не являлась рабыней. Ты сам только что об этом говорил.

Итан остро позавидовал Гипаксии. Ему бы хоть частицу ее самообладания и умения спокойно рассуждать.

– Поэтому Итан Холстром не совершил никакой кражи. Он просто помог свободной гражданке принять решение, желает ли она и дальше оставаться в той мерзкой ванне… или уйти.

А потом он убил волчицу.

Джезиба выразительно поглядывала на него, словно предупреждая: «Не вздумай проболтаться». Итан тоже посмотрел на нее, спрашивая глазами: «Думаешь, я настолько туп?»

Колдунья вперилась взглядом в его футболку с эмблемой университетской команды по солнечному мячу.

Итан закатил глаза и повернулся к королеве ведьм, смотревшей на Астронома.

– Волчица стоила мне немыслимой суммы в золоте. Потеря одного из моих мистиков…

– Я тебе заплачу, – хриплым голосом заявил Итан.

Незадолго до гибели его родители очень выгодно вложили деньги, и теперь он был обеспечен выше головы. Денег было больше, чем идей, на что их потратить.

– Я требую десять миллионов золотых марок.

Итан даже закашлялся. Он считал себя достаточно состоятельным, но…

– Ты их получишь, – холодно ответила Астроному Джезиба.

Итан стремительно повернулся к ней, но колдунья с притворной любезностью улыбнулась Астроному и добавила:

– Добавь это к моему ежемесячному платежу.

Астроном уставился на нее, затем на Итана и, наконец, на Гипаксию. Взгляд королевы ведьм был полон ледяного презрения. Но старик лишь плюнул на пол и удалился.

Стало тихо. Джезиба недовольно посмотрела на Гипаксию и сказала:

– Я несколько дней назад позвонила тебе и попросила явиться немедленно. Или у тебя метла забарахлила?

– Значит, вот о каком некроманте ты подумала, – сказал Итан.

Удивительно, как он сам не догадался обратиться к ней. На празднике осеннего равноденствия они пытались вызвать Коннора. Может, оттого, что вместо Холстрома-старшего к ним явился Король Подземья, Итан усомнился в способностях Гипаксии?

– Отец Гипаксии был лучшим некромантом из всех, кого я знала. – Джезиба скрестила руки на груди. – Она унаследовала его дар. Знаешь, волчонок, если к кому и обращаться с твоей просьбой, так только к ней.

Гипаксия удивленно вскинула брови, словно не привыкла к похвалам.

– Давай продолжим разговор в твоем кабинете, – сказала она Джезибе.

– Почему?

Гипаксия замешкалась, словно решая, называть ли причину, потом сказала:

– Хочешь знать, что помешало мне явиться сразу? Случилось то, чего я боялась всю осень. Моргантия Драгас и ее ковен устроили переворот, направленный, как они выражаются, на сохранение давних ведьминских традиций. Меня сместили. Теперь я просто Гипаксия. – Она коснулась груди. Золотая брошь с изображением Ктоны, которую Итан привык видеть, была разломана пополам. – Чтобы не попасть в руки их палачей, я принесла клятву верности Дому Пламени и Тени.

* * *

Место для ранней утренней встречи выбирал Ренки. Русал пообещал Лидии, что найдет подходящий уголок: уютный, привычный для мальчишек и достаточно спокойный.

Спокойствие сейчас не помешало бы и самой Лидии. Она думала об этом, сидя на диване в тихом помещении для отдыха школьников. Тихим оно было лишь потому, что директор Кагани деликатно выпроводила оттуда всех ребят, отведя для встречи час. Лидия смотрела на сыновей. Те сидели на противоположном диване, заляпанном и продавленном. Типичное состояние мебели в подобных местах, что на суше, что под водой.

Давита поздно вечером вызвали на внеочередное дежурство, и потому пришел только Ренки. Он не сел вместе с мальчишками, а устроился в противоположном конце комнаты, у стойки с напитками. Не хотел мешать Лидии. Давая всем троим иллюзию уединенности.

Лучше бы и он уселся на продавленный диван.

Лидия не строила иллюзий по поводу Морвена. Король мог не выпустить их с Аваллена живыми. Ей отчаянно захотелось еще раз повидать мальчишек. Всего один раз. Но она не рассчитывала, что вторая встреча пройдет гладко.

Ас откинулся на спинку дивана и смотрел не на мать, а на экран телевизора, где шла подборка самых ярких эпизодов недавних матчей по солнечному мячу. Однако Бренн смотрел на нее: смышленый парень с борцовской натурой. Настоящий воин.