Она называла имена принцев Хела так, словно они были клиентами ее художественной галереи.

– Аидас убедился, что я не представляю никакой угрозы, узнал, что я по-прежнему сохраняю остатки библиотеки и противлюсь требованиям его брата раскрыть секреты магических книг. Мы с Аидасом… странным образом подружились. И до сих пор дружим. Наверное, потому, что слишком привыкли друг к другу. Как-никак… столько времени прошло.

– В таком случае что он сообщил Аполлиону?

– То, что я достойна уважения и меня следует оставить в покое.

– И Аполлион поверил?

Она слегка пожала плечами:

– Время от времени он посылает Аидаса с проверками.

– Но какое отношение все это имеет к Астроному?

– Я много лет плачу Астроному за поиски способа снять власть Аполлиона над моей душой.

Услышанное заставило Итана поморщиться.

– Получается, ты ему платишь – и он выполняет твои распоряжения.

– Он тоже не остается внакладе. Изыскания помогают и ему.

– Чем?

– Он хочет узнать, как вернуть молодость. Он – человек. Во всяком случае, был таковым, пока обилие нечестивой магии не запачкало ему душу. Больше всего на свете он боится смерти. Если поиски увенчаются успехом, он тоже получит немалую выгоду. Мы с ним парочка несчастных, подпитывающих друг друга. – Джезиба пристально посмотрела на Итана. – Не обманывайся его внешней хрупкостью. Нутро у него скользкое. Теперь будет искать другие способы разделаться с тобой.

– И ты сегодня могла приказать мне убить Астронома? – Итан кивнул в сторону стены, куда повесил Убийцу Богов.

– Нет. Винтовка была только для острастки. Он мне по-прежнему нужен.

– Кажется, в науке такое сосуществование называется симбиозом.

– Я это выстраивала задолго до появления Астронома на свет.

– Значит, ты пользуешься услугами этого мерзавца и тебя не волнует участь тех несчастных, кого он держит в рабстве.

– Когда тебе понадобились сведения о твоем брате, тебя это тоже не волновало.

Должно быть, Астроном поведал ей о его визите.

– Можешь рассказать подробнее? – Наткнувшись на ее холодный взгляд, Итан добавил: – Ну пожалуйста. Почему ты вообще связалась с Астрономом?

– Я думала, любопытством страдают только кошачьи. Оказывается, и некоторые волчата.

– Считай это профессиональным любопытством. В университете у меня был высший балл по истории.

Джезиба усмехнулась, посмотрела на потолок и сказала:

– Тысячи лет подряд я занималась изысканиями самостоятельно. И узнала: одной из немногих сил, перед которой пасуют принцы Хела, является драконий огонь.

– Ты хотела использовать это в качестве оружия против Аполлиона? – спросил Итан, удивляясь ее отъявленной дерзости.

Джезиба разглядывала маникюр.

– Я думала, это может послужить хорошим… аргументом для переговоров с ним.

– Ого! – восхищенно засмеялся Итан. – И что было потом?

– До меня дошли слухи, что у Астронома в собственности находится драконесса. Я позвала его и предложила выкупить Ариадну за любые деньги. – Джезиба вновь сложила руки на груди. – Этот придурок ответил, что не продаст ее даже за все сокровища мира. Но в тот день я поняла, что у меня есть другая возможность: попросить его направить своих мистиков на Хел для поиска ответов, касающихся моего освобождения. А пока мистики ищут ответы, Ариадна будет их охранять.

– Раньше ты говорила, что тебе надоела вечная молодость и ты ждешь времен, когда книги окажутся в безопасности, чтобы состариться.

– Да. Но когда такое время наступит, решение должно быть у меня в руках.

– Зачем?

– Чтобы я себя не отговорила. – (Итан почувствовал груз тысячелетий, давящий на плечи Джезибы.) – А знаешь, ты отличаешься от большинства известных мне волков.

– Это оскорбление или комплимент? – спросил Итан, поскольку действительно не знал.

Джезиба забарабанила пальцами по столу:

– Итан Холстром, ты стремишься к правде, но знаешь о ней крайне мало. И твои пробелы слишком велики, из-за чего я вынуждена постоянно нырять в прошлое, а для меня это утомительно. – Она прекратила барабанить. В глазах Джезибы светился древний гнев вперемешку с душевной болью. – Так знай: первыми достигли Партоса стаи волков. Это они начали убивать и жечь. Ими командовали гончие, выведенные астериями. Волки погубили моих сестер. Этого я никогда не забуду.

Итану стало не по себе от постыдной истории его народа, но, услышав о гончих, он спросил:

– Как ты сказала? Выведенные астериями?

– Этот дар всегда был у волков. – Она криво усмехнулась. – Астерии его усилили. Искусственно создали династии. Они до сих пор этим занимаются.

– Как и Даника.

Джезиба снова принялась барабанить по столу: