«— Получше, чем при жизни с тобой под одной крышей, — не выдержав, выпаливаю я правду на поставленный вопрос. Инесса кошмарила меня всё детство и подростковый период. Разве можно забыть о таком и отпустить обиду, как говорится, не проработав травму? — Я всегда хотела спросить: за что ты меня так ненавидишь? Ненавидела?

— Я не ненавижу тебя, Лиза, — вздохнув, сообщает сноха, переводя взгляд за мою спину. — Просто ты напоминаешь мне о том, чего я хотела бы никогда не вспоминать.

— О чём ты? — непонимающе вскидываю брови, внимательно следя за сменяющимися эмоциями на её красивом, но таком стервозном лице.

— О детском доме. О том, каково это — чувствовать себя никому не нужной, — я знала, что сноха сирота, но тем не менее её открытое признание — как удар под дых. — Я смотрела на тебя, видела девочку, себя в прошлом. Одинокую, беззащитную, забитую и зажатую.

— Именно поэтому ты избрала тактику гнобить ребёнка, а не поддерживать? — откидываюсь на спинку стула, неосознанно скрещивая руки на груди в защитном жесте.

— Не пойми неправильно. Я была молодая и глупая. Рано выскочила замуж, пыталась построить свою семью. Забыть, стереть из памяти тяжёлое детство, и вроде как всё начало налаживаться, а потом появилась ты, — Инесса возвращает стеклянный, ничего не выражающий взгляд. — И я снова вспомнила ту разбитую Инессу из прошлого. Я видела в тебе себя, Лиза.

— Я не хотела быть напоминанием о твоём прошлом, — произношу с нескрываемым укором. — Инесса, я была сиротой, нуждающейся в поддержке, а ты превратила мою жизнь в сущий кошмар.

— Жизнь — штука жестокая. Зато теперь ты счастлива и любима, — горькая усмешка озаряет её алые губы. — Ты в отличии от меня не ищешь счастье в покупках, не думаешь о том, где и с кем твой муж, потому что он не приходит ночевать домой. А если приходит, то тебя не хочет. И та любовь, за которую ты отчаянно хваталась последние годы, превратилась в ненависть.

— Если ты не счастлива с Вадимом, почему не разведёшься? — Тут к гадалке не ходи, очевидно ведь, что от их брака осталось одно название, причём уже давно. Сохранилась лишь игра благополучия на публику.

— Чтобы твой дядя себе нашёл молодую потаскушку и притащил в дом, а мы с Яной остались на улице? Ну уж нет.

— Как знаешь. Дело ваше, — решаю не лезть с советами. Можно подумать, мне вот осталось только переживать за их отношения. За прошедшее время Вадим мне ни разу не позвонил. Если он не думает обо мне, то почему я должна думать о нём? — Если ты видишь во мне прошлое, к чему сейчас эта встреча?

За столом повисает затянувшаяся пауза. Сноха крутит чашку на блюдце своими утончёнными пальцами с длинным маникюром, я же молча наблюдаю за её раздумьями.

— Всё изменилось после твоего приезда той ночью от сынка Шведова. Я поняла, что твоя жизнь в разы хуже моей, — наконец признаётся родственница. — Это стало переломным моментом. У меня в своё время хотя бы была возможность выйти замуж за любимого мужчину, а ты была вынуждена терпеть Демьяна, непонятно ради чего и кого.

— Ради вас, — лаконично напоминаю, снова не удержавшись.

— Да, ради нас. Ради семьи, никогда тебя не ценящей, — не отрицает, кивнув головой. — Я поняла, что была несправедлива все эти годы. И мне стало безумно жаль от осознания, что тебя лишили возможности быть с любимым и любящим тебя мужчиной.

— Мне было важно узнать, что причина на самом деле все эти годы крылась не во мне, а в тебе. — Слова Инессы вселили в меня веру в людей. Она могла бы не раскрывать душу, отмолчаться, но сноха предпочла расставить всё по полочкам, не оставляя недопониманий.

— Надеюсь, однажды ты сможешь простить меня, суку. И, Лиз, я очень рада, что Вадим и Шведовы оставили тебя в покое, — Инесса неожиданно протягивает ладонь и накрывает ею мою лежащую на столе. — Я пыталась говорить с Вадимом, убеждала разорвать контракт и помолвку, но он меня не слышал.

— Спасибо, — искренно улыбнувшись, стараюсь поверить в услышанное. Инесса пыталась помочь мне. Невероятно!

— И я очень рада, что ты вместе со своим Русланом, — окончательно добивает милотой, на миг превратившись в обычную женщину. — И всё-таки, Лиз, как он в постели, а? Вопрос-то остался открытым!»

— О чём задумалась, Кудрявая? — низкий голос Руслана вырывает из воспоминаний вчерашнего дня.

— Ты напугал меня, — вздрагиваю от неожиданности его появления.

— Это, походу, единственное, на что я способен в этом доме, — проворные руки пробираются под футболку, сжимая мою талию.

Приятные мурашки расползаются по телу, отдавая возбуждёнными импульсами в низ живота. За время проживания в этом месте у нас действительно было катастрофически мало секса. Урвать момент для совместного времяпровождения практически невозможно, ибо родители Руса каким-то чудесным образом всегда находятся рядом. А по ночам… По ночам я нахожусь в комнате напротив их спальни! Мы с Русланом живём на разных этажах, и, признаться честно, проблема по большому счёту конкретно во мне.