— Ты там на суперщедрую поляну не рассчитывай, — отвечает романтик, ни дать ни взять. — Есть горячий какао, круассаны, шоколад, печенье…

— Вот это да! А что, по-твоему, тогда «не щедрая поляна»? — изумляюсь количеству перечисленного.

В общем, остановившись на печеньках и какао, сидя рядышком, греемся вкусным, горячим напитком.

— Я тебя обожаю, — признаюсь от чистого сердца. — Мне очень приятно, что ты запомнил тогда этот незначительный факт про то, что я не была на пикнике. Спасибо, Руслан!

— Обожаешь? — скептически уточняет, вскинув густую бровь.

— Да, — подтверждаю, кивая головой, и недоумённо наблюдаю, как Руслан отставляет наши стаканы в сторону. — Сильно-сильно, — добавляю для убедительности.

— Обожает она, — не давая опомниться, засранец заваливает меня спиной на плед, нависая сверху. — А я, Лиз, не просто обожаю. Я тебя пиздец как сильно люблю!

— Я то-о-оже, — приподнявшись, оставляю чмок на щетинистой щеке. Но Князева детский чмок не устраивает. Наклонившись, парень нападает на мои губы с жадным и страстным поцелуем.

Внутри меня идёт самая настоящая борьба: поддаться чарам и потерять голову окончательно, или же притормозить любимого. Иначе такими темпами мы очень быстро вернёмся в дом… — Руслан, увидят! Тут же охрана ходит.

— Похуй, — как всегда, коротко и ясно.

— Вставай давай, — всеми правдами и неправдами заставляю себя успокоиться и унять бешено колотящееся сердце. Какое-то время мы снова сидим и невинно обнимаемся, наслаждаясь обществом друг друга и природой.

— Какие планы на завтра? — между делом интересуется он.

— Да вот думаю. Наверное, мне стоит уже закрыть больничный. Нужно возвращаться в университет и общагу. Нельзя столько бездельничать.

— Да хватит из-за учёбы париться, всё равно замуж за меня выйдешь и не будешь работать.

— Это предложение? — я стараюсь придать себе спокойный вид, но дрожащий голос предательски выдаёт моё волнение.

— Может, и так, — пафосно произносит Руслан, обнажая идеальную улыбку. — Выйдешь за меня, Кудрявая?

— Я подумаю, — игриво уклоняюсь от прямого ответа, дабы помучить его. — Свадьбу предлагаю сыграть в этом саду. Мне тут нравится.

Жизнь — такая непредсказуемая штука, что порой не знаешь, куда она тебя заведёт. Если пару месяцев назад мне бы сказали, что я буду проживать свои лучшие мгновения рядом с любимым мужчиной, я бы расплакалась. Потому что с вероятностью в девяносто девять и девять процентов вряд ли поверила этому человеку.

Но всё именно так…

Я счастлива, люблю и любима!

Оказывается, это так прекрасно — ходить на учёбу без чуткого контроля и стукачества! Раньше я не ценила эту привилегию, а сейчас диву даюсь от осознания, что меня отныне не преследуют Шведовские охранники. Моё рвение и тяга к знаниям увеличились в разы. Как классно сидеть в аудитории и понимать, что обучение — это больше не отсрочка от брака.

В последнее время Руслан стал очень часто пропускать учёбу, проводя много времени с отцом. Но в те редкие дни, когда он посещает университет, нам больше не нужно скрываться по углам и пустым аудиториям. Мы ходим в стенах ВУЗа, держась за ручку, без стеснения и переживаний, что нас спалят. А, если в поле зрения нет преподавателей, этот хулиган может усадить меня на подоконник и поцеловать. На большом перерыве дружной компашкой, состоящей из Егора, Таньки, Руслана и меня — проводим время вместе. Рус и Егорка отлично ладят, и это невероятно радует. Ребята нашли общий язык, и, пожалуй, их можно назвать хорошими приятелями.

Уже как пару недель мы переехали из особняка Князевых в квартиру Руслана. Мой больничный официально закончился, и ездить в универ из загородного посёлка оказалось слишком долго, поэтому было принято решение переселиться.

В общем, счастье распирает меня всю, как мыльный пузырь. Воронцов и Танюшка смеются, говоря, что я бесконтрольно улыбаюсь, будто дурочка блаженная. А я и правда порхаю, готовая взлететь на крылышках любви и радости.

— Я уже рассказывала, как врачи сказали, что я в рубашке родилась? — с пафосной моськой уточняет подруга. — Отделалась, так сказать, лёгким испугом?

— Как минимум раз десять, — горько усмехаюсь, шинкуя лук на разделочной доске. — Я, наверное, никогда не смогу искупить вину перед тобой, — поднимаю взгляд на экран смартфона, с которого на меня смотрит Соколова.

Мы болтаем по видеозвонку, пока я готовлю обед. Таня же в это время беззаботно валяется в комнате общежития. Невзирая на её весёлый настрой и лёгкость поведения, мою персону одолевает вселенский стыд.

— О-о-о-й, — вздыхает нарочно громко. — Завела опять свою шарманку. Перестань, ты вообще ни в чём не виновата!

— Ну да, не виновата, — бубню, уныло возвращаясь к процессу нарезки. — По моей вине неадекватный Демьян отыгрался и на тебе.