– Верно, – делаю шаг назад, кивая, всё ещё играя роль беззаботной девчонки, но внутри уже скребёт паника. – А чего ты ожидал? В отличие от вашей, моя жизнь – обычная и ничем не примечательная.

Хочется завизжать и бежать отсюда поскорее, лишь бы не продолжать беседу, явно свернувшую не туда.

– Ладно, уже поздно. Я пойду наверх, отдохну. Если что-то понадобится зови.

Разворачиваюсь, едва не цепляя косяк плечом. Мысленно я уже бегу вверх по лестнице со сверкающими пятками. Подальше от разговора, грозящего превратиться в слишком личный.

– Стоять, – голос Грея разрезает тишину, как пощёчина. Спокойный, уверенный, без надрыва, но от этого вдвойне властный. Я замираю на месте, не оборачиваясь. Горло перехватывает, будто меня поймали с поличным.

– Завтра в город поедем.

Адалин

– А куда это мы собрались? – заперев входную дверь из гаража в дом, оборачиваюсь и вижу, как Джон ковыляет к заведённому пикапу. – Ты не сядешь за руль.

Старый «Раптор» утробно рычит в ожидании, когда же его выгуляют. Чёрная краска на железном коне слегка ободрана по бокам – последствия езды в лесу, между кустов и торчащих веток. Хоть отец и не щадил автомобиль, он до сих пор заводится с пол-оборота и смело проходит там, где другой бы увяз.

– Будем драться за право, кто поведёт? – остановившись около распахнутой водительской двери, мафиози бросает на меня вопрошающий взгляд.

Убрав ключ в карман короткой дутой бежевой куртки, подхожу ближе.

– У тебя всё ещё нестабильная координация.

– Причём тут это? – грубо уточняет Грей, ни на дюйм не сдвинувшись со своего места.

– Мы же не на танке поедем, – нервы моментально натягиваются, как струны, от того, что приходится разжёвывать элементарные вещи по пунктам. – У тебя не до конца восстановилась реакция, понимаешь?

– Ничё, доедем, – заявляет, пытаясь оттеснить меня в сторону.

– Через двадцать минут ты устанешь, не успеешь быстро затормозить или, наоборот, проскочить там, где будет нужно, – я, в свою очередь, тоже не сдаю позиции, не намерена отступать. – Дорога – это не шутки. Она ошибок не прощает.

– Я за рулём сколько себя помню, Красивая, – Грей выпускает наружу пассивно-агрессивную часть себя, скрывающуюся за наглой ухмылочкой. – Уж поверь, довезу целой и невредимой.

– Угробить нас решил? – окончательно взбесившись, преграждаю засранцу путь, не давая сесть за руль. – У тебя давление скачет, зрение плывёт, а если ты отключишься? Извини, конечно, но мне жизнь ещё дорога! Скажи спасибо, что я вообще согласилась на эту поездку!

– Спасибо! – маска слетает с мужского лица вместе с улыбкой, на её место приходит злобный оскал. Конечно, этот упрямый индюк никогда не признает, что я права.

– Пожалуйста! – вторю его тону, слегка вытянув шею вперёд. – Я поведу. Водитель из тебя сейчас – как из меня боксёр.

– Ты умеешь водить? – с сомнением уточняет Грей, от чего возникает непреодолимое желание проехаться по его челюсти, заросшей щетиной.

Презрительно оглядываю мужчину с головы до ног, не скрывая дурного мнения о его персоне. Грей одет, так сказать, в микс одежды папы и Артёма. На нём красуются джинсы Арта, пуловер и куртка отца – всё в тёмных оттенках. На голове – старая кепка с козырьком, для конспирации.

– Садись на пассажирское сиденье и узнаешь.

Решаю не раскрывать карты заранее, а отыграться на Грее за всё, что пришлось пережить по его милости. В голове со скоростью света зреет умопомрачительный план, как я заставлю говнюка понервничать.

Поняв, что препирательства ни к чему не приведут и он действительно не в состоянии выезжать на дальние расстояния, мафиози с недовольным видом отступает.

С вспотевшими от предвкушения ладонями забираюсь в салон и с грохотом захлопываю металлическую дверь. В прокуренном салоне пахнет пылью, теплом, чем-то железным и до ужаса родным.

– Тормоз слева, газ – справа. Уверена, что у тебя есть права? – язвит, даже не моргнув, устроившись по правую сторону.

– Да, есть, есть! Правда, я не фанат водить по раскуроченным ухабам в жопе мира, – произношу, намеренно придавая себе волнительный тон. Информацию о том, что предпочитаю гонять по ровным дорогам, решаю оставить на десерт.

Нарочно вцепившись в руль крепче положенного, делаю вид, что жутко нервничаю, ёрзая на сиденье. Сняв пикап с ручника, переключаю скорость, и машина трогается с места, выкатываясь из гаража на улицу.

Я изо всех сил стараюсь не выдать себя и этот восторг, постепенно заполняющий меня изнутри от забытых ощущений. О том, что я угоняла этот пикап (и не только его) у отца бесконечное количество раз, а он был уверен в том, что это делал Артём, Джону знать не обязательно.

В голове непроизвольно всплывает ночь, когда я в первый раз украла ключи у отца. Угнала машину, забрала братца с местной вечеринки, а папа так и не узнал об этом. Артём сидел рядом, хохотал и щёлкал по кнопкам магнитолы, в то время как я давила на газ, влюбляясь в чувство скорости и свободы.