– Мне все еще нельзя задавать вопросы, – голос дрожит от переполняющих эмоций, – но можно тебя поцеловать?

Флоренс кивает, и Джек отстегивается и обнимает ее лицо руками.

Машины позади них сигналят, сливаясь в привычную нью-йоркскую какофонию, но им обоим все равно: Джек чувствует ее пальцы на своем лице тоже, он снова и снова обхватывает любимые губы своими, и это самый сладкий поцелуй в его жизни.

Если нужно было две недели провести в аду, чтобы сейчас услышать эти слова, то это наименьшее, что он мог сделать.

Когда они отрываются друг от друга, Джек окончательно тонет в темных глазах Флоренс.

– Мы почти приехали, – шепчет она с нежной улыбкой, – пристегивайся обратно.

Только теперь он замечает, что они выбрались далеко за пределы Манхэттена и двигаются по незнакомым ему улицам.

– Я все время думала о твоей истории, – нарушает Флоренс повисшую в машине тишину. – Ты столько лет проклинаешь себя за этот поступок и живешь с огромным чувством вины. И я даже вспоминала, что происходило между нами. Ты постоянно наказываешь себя.

– Чем же? – переспрашивает Джек. – Не то чтобы я как-то ограничивал себя в жизни.

– Ты работаешь столько, что падаешь от усталости, – возражает она, – просыпаешься от кошмаров и занимаешь голову в каждую свободную минуту, чтобы не думать о том, что сделал. Я уже молчу о твоих отношениях с женщинами.

– Нет у меня больше никаких отношений с женщинами. Только ты.

– Знаю. И ты отказывался встречаться со мной, потому что однажды убил человека. Ты же друзей с привилегиями тоже поэтому придумал? – Флоренс паркуется у тротуара и поворачивается к нему. – Джек, ты сказал, что влюбился в меня в первый же день знакомства. Но когда мы расстались с Гэри, ты меня избегал. А на самом деле следил за мной?

– Присматривал, – признается Джек. – Чтобы никуда не вляпалась.

– Я все время думала, что сама бросаюсь тебе на шею. Что тебе это не нужно.

– А я понимал, что с тобой нельзя на одни выходные. Это было бы нечестно.

– Тебе не вернуть человека с того света, – серьезно произносит она. – Но это не значит, что твой поступок нельзя искупить. Посмотри направо.

Джек оглядывается и сквозь окно видит разношерстную стайку подростков, подкуривающих на крыльце старой многоэтажки.

– В Нью-Йорке полно таких детей, какими были вы. Если их оставить, как есть, кто-то из них в будущем тоже убьет. У них сейчас нет ничего, чтобы стать обычными людьми, они никогда не вылезут из бедности, если только не втянутся в криминал. Ты можешь им помочь.

– Как?

– Дать возможности. У этих мальчишек есть один шанс выбраться отсюда: получить образование. Даже если ты оплатишь колледж одному из них, это уже сделает мир лучше.

Подростки замечают «Камаро», видимо, редкую машину в этом районе, и начинают переговариваться между собой. Это ведь гениальная идея, как ему самому в голову не пришло? Столько лет тащил в себе болезненное прошлое, когда можно дать кому-то другому будущее.

– Это условие, на котором ты меня примешь? – Он снова поворачивается к Флоренс.

– Дурилка, – неверяще качает головой она. – Я тебя уже приняла. Осталось только, чтобы ты принял себя.

– И что мне делать? – От ее слов сжимается сердце. – Просто дать им денег?

– Чтобы они потратили их на травку и чипсы? Это же дети. Мне кажется, тебе стоит с ними поговорить. Твоя история покажет, что в жизни все возможно. Ты должен сам быть им примером, Джек.

– Какой из меня пример?

– Один из лучших. Парень из бедной семьи, который получил образование, завязал и теперь работает финансовым директором. Ты и есть то, о чем они могут пока только мечтать.

– А если подумают, что раз я завязал, то и они смогут?

– Вот ты им и объяснишь, насколько это было сложно, – настаивает Флоренс. – Я в тебя верю. Мы все в тебя верим.

– Кто это мы? – резко спрашивает Джек.

– Точно, почти забыла. – Она тянется к бардачку и достает конверт. – Мы подумали, что ты мог бы открыть официальный фонд. Если захочешь, конечно.

– Я хочу, просто… Очень неожиданно, Флоренс. Это отличная идея, и мне она очень нравится. Но я даже не знаю, с чего начать.

– Мы все скинулись, – протягивает она конверт. – Тут я, Палома с Тристаном, Бри с Маттео, Моника, Леон и Тыковка. Грег выписал чек. С Гэри я еще не успела поговорить, но, мне кажется, он тоже не откажет.

– Ты им все рассказала?

– Нет! – с ужасом округляет глаза Флоренс. – Нет, ты что. Я только говорила, что ты хочешь открыть такой фонд. Мы хотим, если точнее.

Она прикусывает губу и отводит взгляд.

– Подумала, вдруг ты не будешь против, если мы сделаем это вместе.

– Любимая, – Джек еле сдерживает слезы, – я уже говорил, что ты богиня?

В конверте – чеки на разные суммы, от каждого, кого назвала Флоренс. Теперь у него нет права струсить и дать заднюю: он не просто может помочь пацанам. Он сделает это.