Она выбирается из его объятий и поправляет халат: почему он все время начинает важные разговоры именно в постели?! Тем более когда они не просто важные, а критичные!

– Я не готова к замужеству, – объявляет Кэтрин возмущенно.

– Хорошо, давай поженимся завтра. Или ты просто не хочешь за меня замуж?

– Хочу, – быстро отвечает она. – Господи, ты ужасный человек…

Спокойно поднявшись, Том идет к сложенным на банкетке джинсам и достает из кармана телефон.

– Просто ублюдок, – усмехается он и включает экран, – хочу жениться на любимой девушке. Как меня земля носит?

– Я не об этом! – снова оправдывается Кэтрин. – Просто… Почему ты не предупредил?

– Не подумал, – пожимает он плечами, опускаясь обратно на край кровати. – Ну так что? Кейт, хотя бы поделись мыслями, давай разговаривать, ладно? А то ты пока только шумишь.

Легко сказать «поделись мыслями». Сам бы попробовал вытащить что-то вменяемое из этого панически несущегося в разные стороны табуна сомнений, установок и аргументов против быстрого брака. Кэтрин делает пару глубоких вдохов, снова чувствуя себя не взрослой рациональной женщиной, а косноязычным подростком.

– Пойдем от обратного, – предлагает она. – Так легче. Почему мы не можем пожениться как обычные люди?

– Это долго, дорого и бессмысленно, – спокойно перечисляет Том. – Если мы захотим целый праздник, необязательно для этого собирать так много незнакомых между собой людей. Можем потом устроить свадьбу для своих. Ну, когда я выздоровею и буду в силах выдержать такой день.

Он перехватывает ее взгляд и качает головой.

– Мы оба знаем, что я не вывезу стандартную свадьбу, – морщится он.

– Тогда, – Кэтрин не выдерживает и подползает ближе, обнимая Тома сзади, – почему мы не хотим подождать, когда ты выздоровеешь?

В ответ ей звенит тишина, которая заполняет всю огромную комнату и словно доползает до самого коридора, убивая звуки на всем этаже. Не слышно ни шагов, ни голосов, только глухое мерное сердцебиение.

Постепенно до Кэтрин доходит: Том понимает, что может и не выздороветь. Это рак. Она запретила ему думать о смерти, но суть не меняется: ничего в мире не гарантировано, если у тебя рак. От его молчания становится страшно, но ей тоже полезно помнить об этом нюансе. Потому что сейчас, поглощенная собственной истерикой, она не заметила, как сболтнула лишнего.

– Я согласна, – с трудом произносит Кэтрин, прижимаясь ближе. – Я очень сильно люблю тебя, Том Гибсон, так что выйду за тебя замуж. Хоть это и безумие, я готова сойти с ума вместе с тобой.

– Вот и чудненько, – моментально расслабляется Том. – Погуглим, как это делается?

Том расхаживает вдоль центра регистрации, сжимая в руках свой паспорт и права Кэтрин. Договорились встретиться в три часа, и она пока не опаздывает. Но вполне может – она же девушка, они известны именно этим.

Правда, сама Кэтрин еще ни разу так не делала, но что мешает ей начать? Иначе получится, что как только стрелка наручных часов доползет до трех, невесту можно считать сбежавшей. Том торчит у входа уже пятнадцать минут, и теперь это кажется ему наиболее реалистичным сценарием.

Может, она заставила его поспать несколько часов, чтобы успеть доехать до аэропорта? Это было бы жутким коварством: притвориться, что ее беспокоит его рак, а самой поймать такси и свалить, пока он пускает слюни в подушку!

Зря он ее вынудил. Вот опять – она же сказала, что не готова, зачем было давить? Успокоился бы, купил кольцо, сделал официальное предложение… Но уехать из Вегаса, не поженившись, когда он специально для этого привез сюда Кэтрин, было бы слишком тупо.

А можно было и подготовиться. И ее подготовить. Том встречается с самой большой занудой на свете, у нее одежда пронумерована по дням, а каждая чашка в доме имеет четко обозначенное место. И от этого человека он хотел спонтанного решения? Кто из них теперь дурак? Явно не Кэтрин – у нее-то все шло нормально, пока Том не сбросил на нее тупое предложение, как ядерную бомбу.

Лишь бы пришла. Сложно представить, что он будет делать, если она… не появится. Сколько-то он тут проторчит, как дебил, в джинсах и футболке с Бэтменом на карусели. Какой-то идиотский получается свадебный наряд, но Кэтрин сказала оставить в покое его костюм от «Прада». Наверное, пожалела.

До трех остается две минуты. Он потеет как свинья, вот уже и по спине потекло. Том оглядывается – никого не видно. Нет, все-таки передавил. Кэтрин с ее тягой к свободе и независимости сейчас просто сбежит и в какой-то мере будет права. Тому стоило остановиться.

Еще раз проверить часы – одна минута. Мимо неторопливо прогуливаются люди, но Кэтрин среди них нет. Если бы она шла со стороны их отеля, появилась бы слева. Но так как она ничего не объяснила, кроме того, что уходит готовиться к свадьбе, Том не представляет, откуда ее ждать.