Им не удается насладиться моментом: Элвис подгоняет. На какие-то пару минут Том успевает забыть, что он тоже здесь, пока громогласный вопль и вторящие ему колонки не напоминают, что нужно сказать друг другу «да» и надеть кольца. Мир окончательно превращается в размытый карнавал событий, где Том двигается по указаниям, как марионетка, не отрывая взгляда от своей… жены.

– Я люблю тебя, – наклоняется он к ее уху, чтобы Элвис не слышал. – Ты делаешь меня счастливым.

– А ты – меня, – одними губами отвечает Кэтрин.

Она сияет, и хочется схватить ее за руку и убежать далеко, так, чтобы остаться вдвоем, без лишнего шума из колонок. Хорошо, что их свадьба такая камерная – Том не выдержал бы делать все это при толпе.

Плохо, что сраный Элвис все еще здесь. Усаживает их в розовый кадиллак, приказывает улыбаться и объявляет мужем и женой. Том наклоняется к Кэтрин с поцелуем, и стоит ему коснуться ее губ, как все становится окончательным. Они по-настоящему женаты, словно изначально так было задумано судьбой.

Где-то на задворках сознания он замечает, что штатный фотограф со скоростью света делает с дюжину кадров, и наконец их отпускают с брачным сертификатом и двумя фишками из казино.

– Ты веришь в это? – смеется Кэтрин. – Мы женаты.

– Кажется, да, – кивает Том. – Ты теперь доктор Гибсон!

– Я не планировала менять…

– Кейт, – просит он и тянет ее на себя, – никаких планов. Теперь ты Кэтрин Гибсон. Моя жена.

– Ладно, – с готовностью соглашается она. – Но это звучит странно.

– Не-а, не странно, а великолепно, – парирует Том. – Так, чего нам еще не хватает для полноценной свадьбы?

– Танца, – припоминает Кэтрин.

– Нам нужны музыка, помещение и футов десять свободного пространства.

– Как в том баре?

– Именно, – улыбается он. – Как в ту ночь, когда я шантажом вынудил своего лечащего врача со мной потанцевать.

Они вспоминают судьбоносный вечер, добираясь до отеля, и Кэтрин ни на секунду не выпускает его руку, а кольцо ощущается странно и непривычно. В холле звучит мягкая классическая музыка, и Том торжественно выводит свою жену в центр зала и кладет ладонь ей на талию.

– И мы снова танцуем одни, – замечает Кэтрин.

Воспоминания о том вечере сейчас кажутся забавными. А ведь тогда Том злился сам на себя – зачем полез? Почему нельзя было оставить ее в покое?

С той ночи прошло пару месяцев, и теперь Том точно знает: правильно сделал, что полез. Он не был ей неприятен, больше того – он ей понравился. Потому что за тех, кто не нравится, замуж не выходят.

– Нам никогда никто не был нужен, – напоминает он.

– Это точно, – кивает Кэтрин, – но теперь нам все же придется кое-кому показаться.

– Кому это?

– Моим родителям. Я могла прятать от них своего парня-англичанина, но раз я теперь и сама Гибсон… Придется поехать и познакомиться.

– Я не против, – говорит Том и на секунду выпускает ее, чтобы покружить, – они же меня не убьют?

– Они не из Манчестера. Не должны.

– Это обнадеживает.

После танца в чек-листе настоящей свадьбы стоит ресторан. Сегодня они заказывают все, на чем останавливается взгляд. Том уговаривает официанта произнести какой-нибудь тост, и тот с видимым удовольствием подыгрывает, даже придумывает постыдную историю из детства. Кэтрин заливисто смеется, и этот звук греет душу, словно зимний камин.

Вот так выглядит настоящее счастье? Не нужно пышных банкетов и сотен полузнакомых людей, которых нельзя не пригласить. Подставной гость в виде официанта приносит не меньше радости, чем настоящие. Через минуту после того, как тот исчезает, к ним с бокалом подходит менеджер ресторана и предлагает сказать тост от гостя со стороны невесты. Благосклонно кивнув, Кэтрин поднимает свой бокал с игристым, а Том присоединяется соком.

Со временем их свадьба на двоих начинает собирать все новую публику. Другие посетители ресторана поздравляют их, а танец приходится повторить по просьбе собравшихся. Кэтрин, кажется, наслаждается этим вниманием: совсем не смущаясь посторонних глаз, она все больше погружается в процесс.

Когда ужин подходит к концу, их провожают аплодисментами. Проходя через лобби-бар, Кэтрин вдруг останавливается и опускает глаза на уставший от бурного дня букет в своих руках.

– Я не бросила его, – морщит нос она и поднимает голову. – Том, нам нужно вернуться.

– Уверена? – Он быстро оглядывается: – Может, найдем жертву здесь?

Кэтрин бросает взгляд на бар и оживляется. Том понимает почему: на высоком стуле с широким бокалом в руке сидит одинокая молодая девушка. Длинные светлые волосы перекинуты через плечо, отстраненное лицо не выражает ни одной эмоции, хотя в позе чувствуется расслабленность.

– Думаешь, ей поможет? – хихикает Кэтрин. – Посмотри, она же не хочет замуж.

– Как ты это поняла?

– У нее глаза такие, – пожимает плечами она. – Но да ладно. Букет все равно нужно отдать.

Она решительно направляется к девушке, так и не выпустив руку Тома, и он едва не спотыкается, когда идет за ней.

– Привет, – очаровательно улыбается Кэтрин. – Как вас зовут?